Цена свободы

Собранный отряд двигался на встречу с другой частью войска. Через несколько минут, гоблин заметил впереди такой же сбор воинов. Огромная толпа стояла на их пути. Все были вооружены серьёзнее, нежели отряды южан.

На вороном жеребце сидел Хан. Он спокойно отдавал приказы подопечным. Вожак ничуть не изменился, его угольно-чёрные волосы всё также заплетены в длинную косу, всё также при нём висела связка заточенных копей, а на теле блестели боевые раскраски. Только вблизи можно было разглядеть, что боевые раскраски сделаны кровью.

Одет он был иначе от окружающих воинов. Все элементы его доспеха сделаны исключительно из звериных костей, а на голове красовался громадный череп быка.

Глаза Хана просто заискрились, когда он увидел Ровара в рядах отряда Лоурака.

– Стой! – продлили громко Лоурак.

Эльф лично подъехал к середине небольшого песочного плато.

– У вас все Лоурак? – спросил протяжно Хан.

– Да, – ответил быстро эльф. – Все в сборе.

– Тогда ответишь мне на вопрос, почему гоблин и его парнишка в этих рядах? – выдернул вождь.

 – Почему они вообще живы?

– Ну, вы же сами согласились на помилование, – осторожно подбирал слова Лоурак. – Я говорил, что они помогут.

– Это? – Хан выдержал паузу. – Я помню. Но почему они хотя-бы не связаны? – все тем же спокойным голосом спросил Хан.

– Они под пристальным контролем, – заверил Лоурак вождя. – Они никуда не сбегут, а если и сбегут, то моментально застрелим, – сказал эльф и указал рукой на вооружённых лучников на лошадях.

– Я тебе верю Лоурак.

 – поднял голову Хан. – Но слова на ветер не пускай.

Лоурак вернулся к группе. Подъехав, он кивнул гоблину, так, чтобы этого никто не увидел.

– Что за медальон у него на шее? – спросил гоблин, разглядывая бижутерию Хана.

Медальон на шее вождя был едва заметен, однако если попадал на любой из источников света, то мгновенно отблёскивал всеми цветами радуги.

– Прислуга Хаина.

– Чего? – от краткости ответа Лоурака гоблин даже не понял смысла сказанного.

– Прислужник Хаина… – повторил Лоурак, становясь вровень с лошадью гоблина.

– Я в общем-то пока ещё не глухой, – огрызнулся гоблин.

– Этот медальон означает его истинную веру и преданность величайшему Хаину, – прервал его Лоурак.

– На фоне такого пафоса я чувствую себя слабаком, – потёр руки гоблин и укутался ещё глубже в попону. – Что прям-м-м на столько? – Никак не мог понять гоблин, и с искривлённой от своего воображения мордой вопросительно смотрел на собеседника.