Меж двух миров

Это еще возможно?

– Ты с ними не едешь?

– Это подвергло бы их опасности. Тарека взяли.

– Знаю. Думаешь, он заговорит?

– Конечно заговорит. И кто бы на него рассердился? Заполучив человека из ССА[6 - Свободная сирийская армия – одна из крупнейших вооруженных группировок в Сирии, ведущих борьбу против правительства, возглавляемого президентом Б. Асадом. – Примеч. автора.], они не станут торопиться.

– Им известно, что операция «Павел» – это наша инициатива?

– Надеюсь, нет. Я сегодня видел Тарека в камере пыток, и он выстоял.

Он спас мне жизнь. Но когда они его сломают – тебе обещаю: они его сломают, – он назовет мое имя и я стану мишенью. Мои жена и дочь – тоже. Они должны уехать без меня. Потом я присоединюсь к ним. Я все для этого сделаю.

– Inch’Allah[7 - Иншаллах – молитвенное восклицание, букв.: «если пожелает Аллах».].

– Ага, это в его интересах.

* * *

Меньше чем за минуту уложив чемодан, Нора собиралась поставить его к дверям. Оказавшись на пересечении двух тесных коридорчиков квартиры, она натолкнулась на комод в прихожей.

Стоявшая на нем рамка с фотографией упала на пол, и стекло разбилось. На Нору нахлынули воспоминания, словно только стеклянная преграда их и удерживала.

2015 год. Майе шесть лет.

Черные волосы Норы тщательно выпрямлены, они струятся по ее плечам, словно поток черной туши. Майя с любопытством и жадностью глядит на все вокруг. Девочка, которую невозможно упросить сосредоточиться, даже чтобы просто сфотографироваться. Их обнимает Адам, высокий и широкоплечий.

Атлетического телосложения, что особенно ценилось, когда он был студентом школы полиции. Той самой школы, которую спустя несколько лет взорвал переодетый в полицейскую форму человек из ИГИЛ. Тогда погибли два десятка человек. Адам по кускам собирал коллег, своих бывших инструкторов и нескольких гражданских.

Прежде он был примерным полицейским, исправным, верящим в свою страну и свое руководство. Он был преисполнен надежд, когда вместе с арабскими революциями на Сирию дохнул ветер демократии.

Когда, как в Тунисе или в Египте, народ неожиданно осознал возможность борьбы за свои свободы.

Однако это благородное движение очень скоро было утоплено в крови тысяч демонстрантов, что привело страну к гражданской войне. И, воспользовавшись этой слабостью, Исламское государство еще сильнее принялось мучить население своей жестокостью и обскурантизмом, словно вирус – изнуренное тело. С тех пор у двоих палачей появилась одна и та же жертва.