Расплата

Раздались одобрительные возгласы, люди уже достаточно разогрелись.

– Этому типу дают возможность выбраться из клетки, перестать быть убийцей и стать национальным героем! Не понимаю, чего он ждет! Зеленая энергия в сочетании с ядерной – идеальный дуэт. Уголь и нефть – это самоубийство. Неужели так трудно придумать экономику, которая не ведет к геноциду?

К микрофону протолкнулась женщина лет пятидесяти в очках с толстыми стеклами и в футболке с крупной неровной надписью зеленым маркером «Я „Гринвар“».

– Статья тридцать пятая Декларации прав человека и гражданина, милый мой, – назидательно сказала она репортеру, которому уже не требовалось задавать вопросы.

 – Когда правительство нарушает права народа, восстание является самым священным из прав и самой прямой обязанностью. Поскольку они ничего не делают, чтобы завтрашний день был лучше, действовать нужно сегодня!

* * *

Постепенно голоса затихли, исчез шум машин, умолкли полицейские свистки и сирены. Шеф «Бастиона» загасил бунт, уменьшив громкость до нуля, и заставил площадь Республики замолчать хотя бы у себя в телевизоре.

– После демонстраций, от которых Францию трясло больше года, они поняли, что могут нагнуть правительство, – проворчал он. – После двух месяцев в изоляции из-за коронавируса люди осознали, что без них экономика рухнет, не будет ни больших начальников, ни дивидендов. Их научили петь в унисон, в них снова открылось желание бороться, защищать себя, раз уж государство этого не делает. Их научили протестовать, и они теперь применяют эти знания.

Нашего типа взяли в заложники в самый неподходящий момент, будто страна только и ждала сигнала. Но посмотрим, будут ли они по-прежнему ликовать, когда увидят его убийство в прямом эфире.

Напротив него сидели Модис и Диана. Как опытные метеорологи, они ждали, пока буря утихнет.

– Министерство внутренних дел прислало мне записку из Главного управления…

– Из Главного полицейского разведывательного управления, – уточнил Модис для Дианы. – Оно информирует правительство о динамике общественного мнения и общественных движений.

– Своего рода профайлинг на государственном уровне, – объяснил шеф. – В политическом плане «Гринвар» не принимают ни ультралевые, ни ультраправые. Иначе и быть не может. В то же время акции «Тоталь» на фондовом рынке резко падают.

– Вы не будете инвестировать в компанию, которая может потерять двадцать миллиардов евро, – заметил Модис.

– Не знаю, это вне моей компетенции.