Расплата

Оставить все это дерьмо здесь, в этой части Африки, которую он надеялся скоро покинуть и не хотел запоминать. И все же…

Сначала он заметил слепого ребенка, которого несла мать, – его белесые глаза ярко выделялись на черной коже. Другой взбирался по металлическим ступенькам в грузовик, но непослушные руки и ноги непрерывно тряслись. В конце концов один из солдат не вытерпел и подкинул его в кузов. К третьему ребенку, кожа которого висела сухими лоскутами по всей спине, туловищу и тонким рукам, даже не притронулись, такое отвращение он вызывал.

Старики казались мертвецами, взрослые – увядшими, дети – больными.

А когда в грузовиках закончилось место, стали выбрасывать за борт их баулы. Но никто не возмутился: люди сомневались, что «Международная Амнистия» убережет их от побоев или чего-нибудь похуже.

– У меня еще одна просьба, майор, – нерешительно произнесла француженка, почти уверенная, что ей откажут.

– Ответом будет «нет», – отрезал Солал, которому не терпелось поскорее убраться отсюда.

– Всего метрах в ста. Это очень важно.

Ему пришлось пойти за девушкой, поскольку она уже двинулась вперед. За ними последовал недовольный Абайе и двое его подчиненных. Растрескавшаяся темная грунтовка, уходящая в чащу голых деревьев, привела к глубокой яме, до краев заполненной трупами на разных стадиях разложения. Человек двести, а может, и вдвое больше. Запах гниения смешивался с запахом нефти. Много детских трупов, гораздо больше, чем взрослых.

– За пять лет более тридцати миллионов литров нефти попали в Атлантический океан[7 - За пять лет более тридцати миллионов литров нефти попали в Атлантический океан.

 – «Нигерия: „Международная Амнистия“ обвиняет „Шелл“ и ENI в сокрытии загрязнения вод», Agence France-Presse / Le Monde, 13 марта 2018 года.], – сказала девушка. – Вы стоите на одном из самых отравленных мест на земле, и это лишь часть печальной реальности. В каждой деревне десятки смертей в неделю, их просто не успевают хоронить.

– Вы издеваетесь? – прорычал Солал.

 – Я-то тут при чем?

– Кроме Гой, вокруг этой братской могилы двадцать небольших поселений. Трупы гниют на солнце, микробы размножаются, здесь рассадник инфекций. Надо бы вернуться с экскаватором, выкопать яму побольше, засыпать известью и добавить метра три земли. Одному Богу известно, какие болезни расползутся отсюда.

Страшная реальность исподволь разъедала душу Солалу. Он задал вопрос, но сразу проклял себя – ответа он совершенно не хотел слышать.