Пленник Имброна. Книга 2

Лучше скажи, что на этом острове есть города или, хотя бы, фактории, нормальных цивилизованных хомо сапиенс.

– Да вы, батенька, похоже, расист! – я дёрнул Трувора за плечо, уводя в сторону от храпевших в кустах бородавочников. Тот, со своим восприятием, их даже в свете лампы прошляпил.

– Я жертва племени одноклеточных трубочистов. К тому же больших любителей забивать друг друга и случайных прохожих на алтарях.

– Что-то ты не похож был на пленника, – я скосил глаза, вновь оценивая дикарский прикид напарника.

– На чучело я похож, – он фыркнул, заметив мой взгляд. – Там такая история… Короче, пришёл я в себя посреди чащи в какой-то полотняной рубахе, штанах и с сумкой через плечо. Покричал немного «Ау, ау!» и пошёл куда глаза глядят, до первой стаи диких собак. Потом окно выскочило, ну, после смерти, и я понял, где нахожусь. Но седых волос на заднице это мне не убавило, скорее наоборот. Отсюда, к слову, и выбор характеристик. Я для себя сразу решил, что лучше уж языком прорубать дорогу, а от всяческих монстров отстреливаться из арбалета или, там, фаерболы кидать.

Вот только очнулся я не у ворот ближайшего поселения, как почему-то надеялся, а ровно под тем же кустом, где и начал свой путь.

– Непруха, – посочувствовал я. – Меня вот на побережье выкинуло. Там ориентироваться было куда как проще.

– О чём и речь. Сунулся я направо – сожрали, налево – опять сожрали. Ну, а потом на меня набрёл отряд черномазых и отконвоировал прямиком в их поселение. Я и пикнуть-то не успел толком, как оказался на алтаре, с ножом между рёбер.

Спасовала, в общем, харизма. И то, что аборигеночки провожали меня влюблёнными взглядами, как-то не особо утешило.

– Харизма харизмой, но они ведь на своём дикарском болтают. Или среди руководства есть знатоки русского языка? – решил я ненавязчиво раскрутить Трувора на полезные сведения.

– Есть парочка, иначе как бы я навострился так быстро на ихнем балакать? Ты слушай дальше. Сижу я, значит, весь такой пригорюнившийся, и тут из-за дерева вываливает этот самый Тунпо со товарищи.

Хватает меня и опять тащит в деревню. Тамошнее начальство при виде меня удивилось невероятно и, после продолжительных прений, постановило, что я какой-то там посланец богов. Честь это проверить выпала нашему общему знакомому, который меня тут же со всем почтением и укокошил. В третий раз я честно попытался сбежать, но был отловлен и доставлен пред светлые очи вождя и жриц, которые у этих дикарей всем заправляют.