Пленник Имброна. Книга 2

Трувор, трезво оценивая свои скоростные качества, не рискнул приближаться к монстру, пока были живы его помощники, и стал гонять мелких факелом, тем самым дав мне какой-то простор для манёвра. Тут воин продемонстрировал все преимущества своей растительной формы существования, атаковав одновременно обоих людишек, покусившихся на беззащитную молодь. Я-то ушёл, а вот Трувора враг буквально обезоружил, опутав предплечье руки, сжимающей факел. К моему удивлению, мужик, которого я привык расценивать, как балласт, не растерялся, перехватил своё грозное оружие свободной рукой и прижёг натянувшиеся струной путы, заставив воина немного ослабить хватку.

…Попадание! Вы наносите аспере-воину 22 урона.

Попадание! Вы наносите аспере-воину 47 урона.

Попадание! Вы наносите аспере-воину 19 урона. Аспера-воин убит, получено 70 опыта.

– Оставь мне, не жадничай! – воскликнул напарник, увидев, что я приближаюсь к единственному оставшемуся побегу.

Пожав плечами, уступаю последнюю кровь ему и, чтобы не терять даром времени, залезаю в сумку. Долой второй меч, даёшь факелы! У них и урон будет, скорее всего, побольше, и останавливающий эффект. Короткая передышка, и мы отправляемся выжигать следующую порцию сорняков. Воины теперь попадались на каждом шагу, побеги их прикрывали, но овраг, по своим размерам более походивший на высохшее русло реки, оставлял достаточно свободного места, чтобы разделываться с чудовищами, не приближаясь к опасным стенам.

Восприятие – успех. Вам посчастливилось обнаружить тайник. 

– Стоять, – я выставил в сторону Волчий укус, не давая Трувору возможности идти дальше. – У нас тут наклюнулось кое-что.

– В каком смысле? – он быстро оглянулся через плечо, проверяя, не увязался ли за нами какой-нибудь недобитый побег, и только потом проследил за моим взглядом.

– Там что-то есть, – теперь я и без подсказки системы видел металлическое поблескивание за толстым хищным ковром. Но далеко не таким толстым, как наверху, и это давало кое-какую надежду добраться до клада.

– Давай-ка их самую малость прижжём.

– Ничего не вижу, – честно признался мой подслеповатый друг, но послушно пошёл на стену, поводя перед собой факелами.

Сообразительное растение, почуяв жар, начало убирать самые тонкие ветви. Те, что потолще, расползались гораздо медленнее, а в самом склоне обнаружился затвердевший костяк корневой системы, который не мог убраться с дороги, при всём желании.