Виновата судьба. Жить и умереть – это закон. Иметь дело с судьбой – нечто очень сложное…

– Да, я слышала, – ответила я, будто и вправду слушала её все это время. Воткнула пластмассовую ложку в ванильное мороженое.

– Ты пойдешь?

– Думаю, что да. Я могу с ума сойти, если проведу снова весь день дома, сидя в четырёх стенах комнаты.

Эл лишь неловко пошутила, сказав, что безумие становится намного красочнее, если добавить в него такой красивый цвет, как голубой. Она имела ввиду оттенок моей комнаты. Комната у меня вся голубого цвета, если не считать потолка. Он белый.

– Да, но радости мне от этого никакой, – ответила я, попутно зевая.

Всю дорогу хотела спать. Наверное, не стоило читать так много вчера ночью. Купила себе новую книгу в магазине напротив бывшей и родной школы. Не про любовь.

– Дамочки, – послышался голос позади меня. К нам неожиданно подошла Ванда. Я даже немного перепугалась. Она прижала журнал для записей важных дел к области сердца, напевая мелодию.

Меня всегда интересовало, почему кожа Ванды латиноамериканского оттенка, а все её родственники белые? Может, она родилась под жарким июльским солнцем и пробыла под ним неделю? Звучит довольно смешно, если бы я не хотела так яро спать.

– Чо делаем? – спросила Ванда, как всегда в своём репертуаре.

– Часто скучаем. Иногда грустим, а затем хочется умереть, – зевает Элли.

– Дженнифер, как ты поживаешь? – странным акцентом спросила она, касаясь моей руки будто трогает ядовитую жабу.

– Нормально.

Я покривила губами.

– Мы наверное уже пойдём, – Элли начинает искать свой телефон, окатив меня взглядом, который нёс замысловатый, но понятный подтекст – пора валить отсюда.

Я тоже не стала томить. Встав из-за стола, взяла пальто, которое лежало на плетённом столике. Ну, каждый наверное встречал в своей жизни столы, которые выполнены в стиле лесной корзинки. Так вот, здесь они как раз такие. Пару лет спустя, эти столы не поменялись, что меня вообще-то радует. Люблю когда все остаётся так, как было.

– Окей, – на секунду запнувшись, сказала Ванда, сверля меня своими зелеными крупными глазами.

Отступила на несколько шагов от стола, но продолжала сверлить меня взглядом. Так, будто бы меня через пять секунд переедет грузовик. На лице её зажглась вдруг улыбка. Что это было?

Я накинула себе на плечи пальто и вышла из кафе.

«Почему она на меня так таращилась?» – единственный вопрос, которым я задалась в тот день. Она всегда бывала немного странновата, но сегодняшний день был один из тех, о которых потом хочется думать целый день.