Осторожно, спойлеры!

Все равно меня больше интересует то, что происходит за кадром. Твой распорядок дня и в чем заключалась твоя работа все это время. Как проходят тренировки с мечами, умел ли ты уже ездить верхом, когда присоединился к съемкам, всякое такое.

На этот раз, когда он откинул волосы со лба, движение не выглядело таким заученным. Особенно в сочетании с наморщенным лбом.

– Боюсь, я утомлю тебя до смерти, – усомнился он. Его улыбка была все еще яркой, все еще доброжелательной, но уже немного натянутой. – Может, поговорим про мои упражнения? Или я могу рассказать тебе про работу с Саммер Диаз и Карой Браун.

Он рассказывал об этом множество раз в бесчисленных статьях и блогах, и ей это не было интересно. На самом деле разговоры об упражнениях утомят ее до смерти, а когда речь заходила о его коллегах, мужчина источал благожелательные банальности.

«Мне повезло работать с такими талантливыми коллегами, к тому же почти такими же красивыми, как я».

«Они настоящие профессионалы, прекрасные внутри и снаружи.

«Продюсеры не могли найти более прекрасных и одаренных актеров на роли Лавинии и Дидоны. Или Энея, если уж на то пошло».

Нет, она хочет затронуть темы, не имеющие стандартных поверхностных ответов.

– Я точно не заскучаю, – пообещала Эйприл и, отрезав еще кусочек курицы, замерла с вилкой над тарелкой. – Ты ездил верхом до съемок в сериале?

– Нет. Не ездил.

Он гонял по своей тарелке кубик абрикоса, пристально следя за кругами, пока она жевала и ждала ответа, которого все не было.

– Тебе нравится верховая езда?

– Да.

Не вдаваясь в подробности, он торопливо сунул в рот кусок курицы.

Хорошо, больше никаких вопросов, на которые возможен предельно краткий ответ.

– Что тебе в ней нравится?

Маркус показал на свой набитый рот. Эйприл понимающе кивнула и стала ждать. И ждать. И ждать.

Он жевал чрезвычайно тщательно, целую минуту или около того. Но если он надеялся, что она скажет что-то еще или сменит тему, пока он бесконечно жует поленту – поленту, которую и жевать-то не требуется, то был обречен на разочарование.

Его кадык дернулся, когда он проглотил, и Эйприл ободряюще улыбнулась.

– Ну… – начал он и коротко вздохнул, так осторожно, что она не заметила бы, как дернулась его грудь, если бы не следила столь пристально. – Мне нравится быть на природе. И я очень спортивный, так что мне подходит верховая езда. Совпадает с моими талантами, полагаю.