Осторожно, спойлеры!

 – «Вообще-то, с каждым моментом все страннее». – Если решишь прочитать, смотри на рейтинг. Чтобы избежать ненужной неловкости, рекомендую пропускать те, что с рейтингом Е – только для взрослых.

Теперь он казался глубоко заинтригованным своей панна-коттой. Медленно и осторожно он погрузил ложку в десерт.

– Может, я как-нибудь почитаю одну из твоих историй. Я всегда могу пропустить ключевые моменты при необходимости.

Не может он действительно отправиться на АО3 и искать ее фики. Но все же…

– «Красавчик» – мой фик про проститутку и клиента в современности… – Эйприл наморщила нос.

Это один из ее ранних фанфиков, написанных до сотрудничества с КЭБН, и его не назовешь лучшей работой.

Маркус поднял глаза от ложечки, погруженной в десерт. На гладких щеках – должно быть, он побрился перед походом в ресторан, – показались морщинки от внезапной усмешки. Он выгнул бровь.

– Я так понимаю, что проститутка – это я?

– Проститутка – Эней, – подчеркнула Эйприл.

– Но он красавчик, – заметил Маркус и с наслаждением проглотил десерт. – Отсюда и название.

– Ну, да.

Очевидно.

– И раз ты сказала, что в твоих фиках Эней выглядит как я, это значит…

– Да-да, – закатила она глаза. – Ты очень красив, Маркус. И прекрасно это знаешь.

Внезапно его улыбка растаяла, и Эйприл понятия не имела, почему словно сгустились тени под его ставшими серьезными серо-голубыми глазами. Пристальными.

– В твоей истории… – смущенно начал Маркус и опустил глаза, вертя ложку в пальцах. – Он только красивый?

Ага. Вот оно. Новый слой под безупречной поверхностью. И, проклятие, да, это ее сердце болит за него. Чуть-чуть.

– Он очень красивый. Прекрасный.

С виду ленивым движением она постучала ложечкой по фарфоровой креманке, пока Маркус не поднял на нее убитый взгляд.

– А еще недооцененный, благородный и очень умный. Мне неинтересно писать про человека, у которого нет ничего, кроме красивой внешности и легкого нрава. Меня привлекают тайные глубины.

Вот оно. Последний шанс. И если он так умен, как она начала подозревать, он поймет. Маркус моргнул, между бровями залегли глубокие борозды. Но он больше ничего не сказал, и она не собиралась подталкивать его туда, куда он не хочет.