Похищенная принцем

Вырвавшись из его хватки, она отступила назад (при этом споткнувшись о камень и едва не полетев вверх тормашками):

– А вы… вы… почему вы не спите?

– Спал бы сном младенца, если бы не заметил в окно, как вы крадетесь по двору замка. Должен признаться, изрядно продрог, ожидая, пока вы совершите полный круг.

– Полный круг?

– Мы на острове, миледи! Теперь-то, конечно, вы и сами это поняли. – И к вою ветра и шуму прибоя присоединился его язвительный смех.

Эта новость поразила Элли до глубины души. На острове! Теперь неудивительно, что она так и не смогла потерять из виду замок.

Неудивительно, что он не потрудился запереть ее в комнате или поставить у дверей охрану. С самого начала ее побег был обречен. Она узница здесь – такая же, как если бы сидела в подземелье!

И в довершение, после всего, что она вытерпела, он еще имеет наглость над ней смеяться!

В слепой ярости Элли развернулась и начала колотить его кулаками в грудь.

– Негодяй! Чудовище! Мерзкая крыса! Ненавижу вас! Убила бы, если бы могла!

Она била его и пинала ногами, не заботясь о том, что пальцам ног в тесных ботинках эти удары причиняли нешуточную боль.

Попыталась ударить кулаком в челюсть, вцепилась в уши, хотела выцарапать глаза.

Он схватил ее за локти и с приглушенным ругательством развернул спиной к себе и прижал к булыжнику. Так Элли оказалась зажата между холодным камнем и мощным, мускулистым мужским телом.

Он стиснул ее запястья, словно кандалами, так что она не могла больше шевельнуть руками. Своим весом прижал к камню ее ноги – теперь Элли не могла и лягаться.

И все же яростно извивалась и, задыхаясь от усилий, старалась сбросить его с себя. Он просто держал ее и ждал, когда она устанет – пока, наконец, осознав тщетность всех своих усилий, она не затихла в его руках.

Элли замерла, стараясь восстановить дыхание. В этот миг новое и нежеланное ощущение пронзило ее. По контрасту с холодным ветром, швыряющим в лицо ледяные капли морской воды, она ощутила жар, исходящий от его тела. Ощутила, как просачивается сквозь соленую сырость пряный мужской запах.

Никогда в жизни она так не прижималась к мужчине! Чудовищно… неприлично… и все же… почему так приятно?

Нет, ерунда! Полная чушь! Это странное чувство – от волнения и горячки боя, только и всего. Хоть он и не стал бить ее в ответ, она по-прежнему ни на грош ему не верит.

– Значит, мерзкая крыса? – поинтересовался он, придвинувшись ближе и согревая ей ухо горячим дыханием.

Элли уловила в его тоне улыбку.