Королева соблазна

Антонио резко вдохнул:

– Ты думаешь…

– Я знаю. Люди, ради которых я был готов на все, продали меня в обмен на свои жизни.

Антонио посмотрел на него с сочувствием:

– Это еще хуже того, что со мной сотворила моя семья.

Семья итальянских аристократов отреклась от Антонио – незаконнорожденного ребенка их дочери. Организация взяла мальчика из приюта.

Иван выдохнул:

– Хотя я могу понять своих родителей. Нас всех могли убить, а я был их единственным козырем. Они вынужденно выбрали меньшее из двух зол и решили пожертвовать мной.

Я понимаю это умом, но душой принял не сразу.

– Ты вправе им мстить. – Антонио подался вперед, его хмурый взгляд стал зловещим. – Я могу тебе помочь.

Иван отмахнулся:

– Я не желаю мести. Никогда не желал. Я хотел с ними договориться. Я наблюдал за ними и собирал о них сведения с тех пор, как они отказались от меня. Они живут в США под новыми именами. Им удалось скрыться от русской мафии и благодетелей из Организации.

– Но никто не скроется от тебя, – заметил Антонио.

Такова была специальность Ивана. Он всегда выслеживал самых неуловимых персон.

Иван кивнул:

– С тех пор они живут безмятежно. Три мои младшие сестры и брат, приехавшие в Америку очень юными, полностью приняли здешний образ жизни. У них успешная карьера и благополучная личная жизнь. Мои родители, которых в настоящее время зовут Джон и Гленда Эванс, живут респектабельно, уютно и безопасно. Такое чувство, что я никогда не был их сыном. Я живу, пытаясь забыть о них.

– Ты не должен этого делать, – процедил Антонио сквозь зубы.

 – Они бросили своего первенца на растерзание акулам, чтобы вести благополучную жизнь ценой твоей жизни… Нет, это не должно остаться безнаказанным.

Иван покачал головой:

– Но так будет, Тонио. Я не хочу им мстить.

Его друг сжал кулаки, изо всех сил стараясь успокоиться:

– Дай мне знать, если передумаешь.

Иван кивнул.

Антонио откинулся на спинку кресла, размышляя:

– А как это связано с Анастейшей и ее братом?

Иван глотнул остывшего кофе.

– Я познакомился с ними семь лет назад, – наконец сказал он. – Через пять лет после побега из Организации, где я общался только с тобой и нашими братьями. В один прекрасный день, во время первой конференции, которую я спонсировал, я получил удар из прошлого. Я сразу узнал своего друга детства, с которым я общался до того, как попал в Организацию. Алексей Михайлов уехал из России вместе с родителями за несколько дней до моей отправки в Организацию.