Повод для знакомства

Все его девять братьев и шуринов были одинокими или разведенными. И Брайан со своей женой Дарлой все время пытался их «пристроить».

– Но если права я, ты вычеркнешь меня из своего списка спасательниц холостяков. Я – последняя женщина на земле, на которую стоит рассчитывать в этом плане.

– Знаю, потому что ты никогда не выйдешь замуж. Ты говорила мне это сотни раз, – многозначительно усмехнулся он. – Это твердят все женщины, из которых потом получаются лучшие жены. И Дарла – не исключение.

Лили подавила смешок.

– И ты сравниваешь меня с Дарлой, образцом хранительницы домашнего уюта и материнства и в придачу – практичной бизнесвумен? Не забыл, что я едва справляюсь с одинокой жизнью, состоящей из работы, занятий спортом, сна, научных исследований, умывания – и всего этого снова и снова?

– Кому ты это рассказываешь? – подмигнул Брайан, придерживая для нее дверь. – Вы с Дарлой – словно близнецы.

Лили покачала головой, но не стала спорить. Подобно своей матери, она от рождения была обделена способностью к близким отношениям и заботам о семье.

И давно уже смирилась с этим.

Выходя из лаборатории, Лили окинула ее прощальным, полным грусти взглядом. Если все пойдет так, как она предсказывала, – а в этом можно было не сомневаться, – она видела свою лабораторию в последний раз.

Их новый босс опаздывал.

Сидя на своем обычном месте в отдалении от стола переговоров, Лили кипятилась.

Или Балдуччи скончался – а о такой удаче не приходилось и мечтать, – или не считал их достойными своей легендарной пунктуальности.

И это не предвещало ничего хорошего.

Лили окинула взглядом комнату. Все тридцать сотрудников Медико-биологической инновационной лаборатории присутствовали здесь. И все, кроме нее, явно успели съездить домой, чтобы одеться к подобающему случаю, оставив ее одну в унылом, под стать настроению, наряде. А еще, в отличие от нее, все выглядели расслабленными, если не сказать обрадованными. И Лили понимала почему.

Принятое ею в штыки поглощение устранило препятствия, с которыми они постоянно боролись из-за нехватки финансирования. Но для Лили все эти заминки составляли привычную часть работы ученого. Коллеги не разделяли ее взгляда, и она была единственной, кто относился к поглощению крайне негативно. А к стоявшему за ним человеку – и вовсе враждебно.

Всем остальным одно только упоминание о легендарном докторе Антонио Балдуччи внушало благоговейный страх.