Двое на краю мира

Если к тебе кто-то подойдет, скажешь: отвали, козел. Здесь много доступных и на всё согласных девок, так что, всё будет тип-топ. Я быстро.

Лея кивнула, обхватывая себя руками и твердя про себя: отвали, козел! Отвали, козел!

–//-

Некогда пафосный и роскошный отель одной из акул гостиничного бизнеса превратился в классический притон: рассадник разврата и похоти, выпивки и наркотиков, упадок нравственности и полное беззаконие – наверное, так сказал бы ярый поборник морали из старого мира. Но ни церквей, ни священников, ни веры больше не существовало, причем, как в адовых Нижних Штатах, так и в райских кущах Верхних.

Первые ни во что не верили, вторые больше не нуждались в духовных институтах. Когда нет грехов, то и замаливать нечего.

За большим круглым столом одного из залов сидело шестеро мужчин: они пили, играли в карты, иногда проходясь затуманенным взглядом по аппетитным телам новоиспеченных птичек папаши Клифа – хозяина «Пекла». Он называл это место раем, несмотря на весьма говорящее название: здесь можно было покутить, потрахаться, надраться в гавно и обколоться до смерти, но это было единственным местом, где тебя не могли убить.

Папаша за этим строго следил. Нейтральная территория, никакого оружия, кроме того, которое числилось, как атрибут для развлечений в самом клубе.

Сегодня в качестве ставок выступали молоденькие шлюшки, любезно предоставленные хозяином для развлечения особо дорогих клиентов. Уплачено за них, естественно, по полной – Папаша Клиф своей выгоды не упустит, но для атмосферы и настроения почему бы и нет? Тем более, что действительно желанной вещи Алексу за этим столом предложить не могли.

Последний камень, пройдоха Бенни и… Об этом он даже думать себе запрещал.

– Тебе сегодня везет, – заметил Пастор, сбрасывая карты, признавая поражение.

«Тоже мне, святоша», – хмыкнул Алекс. Отец Грегор приходил сюда с неизменно постным лицом и показной любезностью в каждом жесте, будто бы паству навещал, ей богу! Только от земных радостей он не отказывался и заглядывал в «Пекло» регулярно, а на подначки сокрушенно отвечал, что плоть слаба.

Алекс никому из сидящих рядом не доверял, но к Пастору относился ровно – их объединяло стремление изменить мир, и пока они друг друга не подводили. Правда, своих целей и тесного общения не афишировали, зачем накалять и без того раскаленное. Не все хотели изменить прошлое, чтобы не допустить подобного будущего.