Мой бывший муж

Я внимательно пригляделся к жене. Ни намека на игру в обиженку: уговаривай меня, прощения проси, на колени, пес смердящий! Все признаки возможного скорого примирения отсутствовали.

– Ты серьезно сейчас? – на всякий случай уточнил.

– Серьезно.

– Кать, ну прости, – ладонь тонкую поймать попытался, не вышло. – Хочешь на коврике в прихожей с Баяном спать буду, м? Не хочу жить без тебя даже день.

Угроза даже временного расставания поубавила либидо мое. Вику отбросило за границы моих приоритетов.

– Вадим, ты не понял: я развестись хочу.

Вот теперь я натурально охренел. Нет, я охуел! Что она хочет?!

– Кать, это реально не смешно.

– А где ты видишь веселье?! – всплеснула руками она. – Не ври, что увлекся только вчера! Ты последние несколько месяцев сам не свой. Я думала это работа, а это… Это коллега! – горько припечатала. – Ты думаешь, я дурочка совсем? – спросила тихо. – Не вижу перемен в тебе?

Ебаный в рот. Какой же я мудила конченный. Пока варился в страстях низменных, родная девочка моя страдала, беду предчувствуя.

– Я не дам развод, – рубанул жестче, чем нужно было. – Не отпущу тебя. Ты моя жена. Ты моя, Кать!

– Я не спрашиваю разрешения, – она тоже на повышенные перешла. – Я перед фактом ставлю, Дим!

Я сглотнул, успокаивая бешеного зверя, голову из глубин моей сущности поднявшего. Мое забрать хотят. Жены и дочери – семьи лишить! Не отдам!

Я со свистом воздух из легких вытолкнул и с другой стороны зайти попытался.

– А Ника? Для нее это большой стресс будет.

– Семья, где папа ночами пропадает, а мама плачет – плохая экосистема. Я не хочу жить вместе только ради ребенка. А еще не хочу каждую отлучку или позднее возвращение истерить, представляя тебя с любовницей. Ревновать к каждой юбке в твоем офисе. Я не смогу так, Вадим! Не выдержу долго!

– Катюша, – я обнять ее попытался, почувствовать снова. Боль, которую сам же причинил, забрать, но она на другую сторону кухонного островка убежала.

Сука, я даже не трахнул Вику, а отгребаю по полной!

– Правда? – склонила голову на бок и взглядом жгучим прошила. Я смутился и с глухим звуком кружку на стол поставил. Наелся и напился уже.

– Остынь, Катя. Вечером поговорим, – буркнул и убежал. Не могу с ней такой говорить! Мне и злиться, и прощения просить одномоментно хочется! Голову остудить нужно.