Неидеальные. Откровения о любви

 – Как бы мы без Димы Катюшу вызволяли бы…

Я криво усмехнулась. Если это Бог, то что тогда дьявол делает? Нет, помощь Небесного в этом случае просто бесценна. Когда дело касалось детей, у матери отключались все инстинкты, кроме желания спасти и защитить. Только послевкусие этих добрых дел отчего-то горечью отдавало. Я не религиозна, но в Бога верила. Разве в его правилах с пути сбивать? Соблазном искушать? Пороком душу отравлять? Или это проверка? Если так, то я ее не прошла…

– Мне показалось, что ты симпатична Дмитрию.

Мужчины не решают проблемы, если равнодушны.

Моя мама, как и любая мать, хотела, чтобы дочь была устроена в жизни и не повторила судьбу матери-одиночки. Только это не наш случай. Зря, наверное, уберегла ее от подробностей и не рассказала, как именно строились наши взаимоотношения с Димой. Про Семена мама тоже не знала, считала его слегка ветреным, но хорошим. Жениться ведь собирался! А то, что принуждал быть его, что мое «нет» силой подавлял… Я боялась сказать ей: маме и так досталось мужской «любви и заботы», если узнала бы, что и у меня так же, вообще сломалась бы.

– Мам, Дмитрий Александрович не свободен. У нас ничего быть не может…

Кроме секса. Это буквально повисло в воздухе. Мама даже отвернулась, смущенно пряча глаза.

– Мамя! – услышала из спальни. – Мааам! – затем громкий плач. Я бросилась к дочери.

– Маленькая моя, мама здесь. Здесь, – легла на кровать, прижимая к себе испуганную малышку.

Катюша вцепилась в меня, вжалась, одеялом с головой укрылась.

Наверное, боялась, что откроет глаза, а родных лиц не будет. Всего несколько часов и у ребенка такая реакция. А если бы мне не отдавали ребенка дольше? Даже представить страшно. Надеюсь, Тамара Николаевна уберется куда-нибудь подальше от нас и больше не появится. Увижу, не знаю, что сделаю! Ради каприза готова на преступление. Отнять у матери ребенка – именно преступление! И плевала она на внучку: как ей от всей этой процедуры. Главное, мне продемонстрировать свои возможности и эго потешить. Старая больная женщина, не иначе!

Катюша всю ночь просыпалась и вздрагивала.

Я даже в душ сходить не смогла: стоило пошевелиться – всхлипывала и рыдала. Буду верить, что пластичность детской психики поможет справиться со страхом.

В садик не пошли. Я боялась оставить дочь. Нужно переждать: вдруг с опекой так просто не закончится, или новоявленная бабушка еще что-нибудь выкинет. На работу тоже не пойду.

– Инга, привет, – позвонила хозяйке студии, – у меня дома чп.