Дракон с королевским клеймом

Происходящее намекало на наличие скелетов в шкафу Итана. Какие-то глубокие обиды, рубцы, которые остаются не на теле, а на сердце.

– Ты не будешь куклой, – она старалась говорить спокойно, как будто перед ней был не взрослый мужчина, а обиженный ребенок, – ты сам выберешь то, что придется по душе. Я даже смотреть не буду, что захочешь, то и купим.

Наверное, Итан тоже сообразил, что не стоит вываливать на хозяйку свои застарелые обиды. Он коротко кивнул.

– Как скажете, госпожа де Триоль.

И прошу прощения… Я должен быть вам благодарен.

* * *

Отобедав в тишине и одиночестве, Вельмина все-таки решилась отправиться на прогулку, взять с собой Итана и купить ему платье по размеру. Несколько блестящих золотых футонов она взяла из тайника – этого бы хватило с лихвой и на одежду, и на обувь, затем хотела послать Солветра за экипажем, но передумала: в конце концов, погода стояла отличная, в чистом небе сияло солнце, а идти до Верхней Пантеи в самом деле было и недалеко.

Отчего бы не прогуляться и заодно не посмотреть на то, что происходит в городе? Тавилла утверждала, что «эти зеленые» наконец навели порядок, так что такая прогулка, скорее всего, будет безопасной.

Итана Вельмина нашла все там же, в библиотеке: он аккуратно расставлял на стеллаже книги, и Вельмина невольно залюбовалась тем, как он наклоняется к очередной стопке, как выпрямляется и ловко ставит старинные тома на полку. Двигался он… сложно облечь в слова то впечатление, которое производили простые, казалось бы, движения.

Каждое из них было очень скупым, выверенным, но при этом обладало странным очарованием, словно Итан был на сцене театра и исполнял танец, предназначенный восхищать.

Вельмина моргнула и даже тряхнула головой, освобождаясь от наваждения. Может, это магия какая? Ну, есть же алхимия, есть каллиграфия, позволяющие управлять потоками силы этого мира и их преобразовывать. И никто не исключал возрождения древних искусств, нынче почти позабытых.

Говорили, что когда-то – очень давно – одаренные люди подчиняли потоки движением, словом и мыслью. И ходили слухи, что где-то еще остались истинные маги. Но не здесь, не на юге.

«Да нет же, – одернула она себя, – если бы Итан был одним из таких, разве позволил бы он себя отдать в рабство? Разве не смог бы себя исцелить? Нет, тут дело в другом. Всего лишь в том, что он умеет ловко и красиво двигаться, а я к такому не привыкла».