Герцогиня

– О! Линка! Ты, что ли? Давненько тебя не слышала! Ты как?

Она стояла у стола, барабаня пальцами по полированному дереву.

– Да так… не очень, честно говоря.

– Что случилось? – веселья в голосе Леночки поубавилось, но звучал он все равно бодро.

«Конечно, тебя же не швыряют по всей квартире, и не угрожают убить».

Лина вздохнула.

– Мне надо спрятаться в Москве, – сказала глухо, – можно будет пожить у тебя, пока не найду жилье?

– От кого прячемся? От поклонника?

– Типа того, – вздохнула Лина, – понимаешь… я не могу тебе сейчас рассказать всего.

– Ну… – воцарилась неловкая пауза, Лина вцепилась в край столешницы, – приезжай! А что бабуля твоя говорит по этому поводу?

– Э… видишь ли… умерла бабушка.

– Ой, – пролепетала Леночка, – бедная ты моя. Когда приехать думаешь?

– Завтра днем. Сегодня выезжаю.

– Хорошо. Тогда и поговорим, как приедешь.

И завершила звонок.

Лина выдохнула с облегчением, вытерла выступившие на лбу бисеринки пота. Ну, хоть здесь повезло, если, конечно, столь спешный переезд вообще можно назвать везением…

И она приступила к сборам, которые не были долгими. Только самое необходимое, смена белья, деньги – все, что были, документы. Лина покрутилась, стоя в центре комнаты, затем взяла со стола рамку с фотографией. Подумав секунду, подхватила ножницы и, вырезав прямоугольный кусок, где была бабушка, вложила его под обложку паспорта.

Она еще раз проверила, перекрыт ли газ на кухне и хорошо ли закручены вентили в ванной комнате, обулась, набросила куртку, на голову натянула тонкую шерстяную шапочку, поглубже, до бровей. Еще раз огляделась, на всякий случай прощаясь с местом, где провела всю сознательную жизнь, и вышла в тамбур.

В соседней квартире обитала одинокая, только что вышедшая на пенсию Людмила Петровна. Девушка позвонила в дверь, моля мироздание, чтобы соседка оказалась на месте.

– А-а, Линочка! Что тебе, детка?

Людмила Петровна была женщиной больших габаритов и столь же широкой души. Тщательно выбеленные волосы она держала в бигудях, выпуская на свободу исключительно когда выходила в магазин, а пышные формы – в роскошном шелковом халате, черном с алыми розами.

– Здрасьте, тетя Люда. Мне вот уехать надо.