Избранная и беглец

Ее голос ломался, оседал трухой, и казалось, что внутри женщины что-то хрустит и скрежещет. Как будто идеальный механизм, созданный Двуединым, вмиг поломался. – Повезло, – повторила она, – в твоей комнате прежде сидел мужчина, который тоже хотел бежать, но он умер в ту ночь, когда для побега было все готово. Решетка на окне легко снимается. Он умудрился выкрутить крепежные винты, и теперь она висит на честном слове. И Проклятые об этом ничего так и не узнали.

Айрис едва удержалась, чтобы не кинуться и не проверить, но вовремя одернула себя.

Она сделает это ночью, когда погасят свет.

– Спасибо, спасибо тебе!

– Не за что, – силуэт Рины дрогнул, – а теперь иди, ложись на кровать. Скоро принесут обед. Поесть надо, тебе понадобятся силы, чтобы дойти до дома.

– Я… могу тебе как-то помочь? Хоть как-то? – Айрис невольно приложила ладонь к отверстиям, и Рина в ответ приложила свою.

– Не поможешь ты мне. Скоро уже…

И закашлялась. И тут же отошла. Айрис услышала, как Рина хрипит и как ее рвет, выворачивает наизнанку.

«А может, и со мной будет то же?»

Да нет же. Она прислушалась к себе. Самочувствие было отличным. Похоже, нелюди не успели сделать с ней то, что сделали с несчастной соседкой.

Изо всех сил стараясь не выдать волнения – кто знает, а вдруг за ней все же наблюдают? – Айрис вернулась на койку и снова забралась под одеяло, поджав ноги. Руки подрагивали. В удачу почти не верилось. Но ведь Рина не могла обмануть, зачем ей.

И Айрис, закрыв глаза и пытаясь хоть как-то успокоиться, принялась рисовать в воображении образ своего малыша. Светящиеся счастьем и любопытством глазенки, серые, как у нее. Светлые волосики, тоже ее. Ничего практически от Рато, и это к лучшему. Она вернется, обязательно, и вырастит малыша хорошим человеком. Не таким, как его отец, совсем не таким…

?

Время тянулось удручающе медленно. Принесли обед, вернее, привезли на металлической тележке. Проклятый, который еду привез, был другим, не тем, с кем Айрис имела дело до этого, и на нем было свободное серое одеяние.

Взгляд желтых нечеловеческих глаз придирчиво обежал сжавшуюся на кровати Айрис, и нелюдь поинтересовался:

– Как ты себя чувствуешь?

Она лишь плечами передернула.