Архитектор

Страх-то она загнала на задворки, до времени. А когда он не застит глаза, оказывается, вон сколько всего видно. Дашка даже немного расстроилась. Вот так живёшь-живёшь, каждый день за годом год ходишь, ездишь одним и тем же маршрутом, каждую трещинку на асфальте знаешь, каждое деревце, а по сути ничего не видишь и не знаешь. Они и такие вроде и не такие. Собственно ничего особенного вокруг не было: махина торгового центра, бетон, пластик, хромированные поручни двух крыльев-лестниц, стены панельных многоэтажек, широченная проезжая часть проспекта, вереница лип вдоль домов на противоположной стороне дороги.

И всё-таки что-то не так, что-то по-новому виделось Дашке, какая-то прелесть пустоты и почему-то всё казалось таким ярким, сочным, лучше, чем обычно.

«Почему?» – спросила она саму себя и сама пожала плечами в недоумении.

Дашка немного смутилась непривычному какому-то ностальгическому чувству, как будто понимала, что видит это всё в последний раз, как будто что-то подсказывало, она приняла правильное решение – искать других людей.

Теперь она была уверена: они найдутся. Скоро. Они рядом.

Поворотник щёлкнул, указывая направо. К мосту! Лёгкая эйфория через считанные минуты сменилась едва заметной тревогой. Мост был цел. Теперь она видела его весь. От начала до конца. И всю трассу вперёд на пару километров. Дорога за мостом едва заметно уходила под уклон, а затем, слегка забирая влево, поднималась на крутой холм. Сколько было видно глазу – ни кордонов, ни машин, ни людей впереди не было.

Дашка остановила машину перед самым мостом. Одна надежда не издав ни звука умерла. Сердце больно резануло. Откуда-то из засады прорвалась одинокая слеза. Ещё не отчаяние, но как будто детская обида. Ты веришь, что тебе на Новый год подарят фломастеры, а мама решила, что подарок должен быть практичным и дарит тебе колготки. А тебе 11 лет и ты будешь помнить это всю жизнь.

Вот и перед Дашкой были очередные колготки.

– Ну точно… – сказала Дашка. Две «штанины» дороги упирались в подножие холма.

 – А это жопа… Самая что ни на есть настоящая.

Она открыла дверь машины и встала на подножку, держась за крышу. Надо было хоть на реку глянуть. Может в ней дело. Ну или последствия катастрофы тихо дрейфуют в синюю даль. Кто ж знает?

Река текла туда же, куда обычно. Привычного густо-зелёного цвета. Тут, около моста, пахло более привычно. Живой водой, водорослями, мокрой землёй, лесом, шумевшим кронами там внизу.