Гивральское Око. Арлерская Стража

Мужчина убежал, спотыкаясь и хныкая. Ниарайду пока было не до него – потом поймает. Первым делом он обезоружил лежачего арсуна, который потихоньку приходил в себя. Вазран не дал ему опомниться и тут же ударил ногой по ребрам. Чужеземец чертыхнулся, корчась от боли:

– Грахионово пекло, кто ты такой?! – застонал он.

– Добрый самаритянин и твой самый худший враг! – зарычал Вазран, ударив его снова. На этот раз настолько сильно, что у арсуна хрустнула пара рёбер.

– Ты не представляешь, с кем связался! – зашипел арсун и получил третий удар, который окончательно его обездвижил, но оставил в живых.

– Не повторяй фразы клишированных злодеев, олень лопоухий! – зарычал ниарайд.

Вазран освободил девочку, развязал руки и снял кляп, она рыдала, панически и безысходно, боялась хоть как-то двинуться. Вазран нежно взял её за плечи, и посмотрел прямо в глаза:

– Всё кончено, дитя, ты в безопасности, я тебе не причиню вреда, – добродушно сказал он и тихонько обнял. Она успокоилась, лишь тихо похныкивала.

 – Меня зовут Вазран, а как тебя? – ответ не поступил, и он решил сменить тему. – Сейчас я кое-чем займусь, потом мы вернёмся в город, хорошо? – девочка кивнула. – Жди здесь.

Вазран связал покалеченного арсуна веревкой Восты и снова запинал. Пошарив по его карманам, нашёл бумажные пятьсот урилов, кулёчек с порохом, пару мешочков со свинцовой дробью, ёршик для прочистки ствола мушкета, фитиль и бумагу, исписанную размашистым почерком и обляпанную кляксой, кажется, это какое-то имя.

В темноте невозможно было разобрать. Потом принялся за мертвеца. Когда он вытащил из его груди саблю, хлынула кровь. У того Вазран обнаружил кошелёк, полный денег. Арсун не соврал. Ниарайд обрадовался, что появилась возможность расплатиться с долгами. Еще он нашёл боеприпасы: ниарайд с двумя короткими мушкетами – худший кошмар для недоброжелателей.

Когда он добрался до лодки, ничего дельного не обнаружил, лишь три мешка, в которых могли поместиться десятилетние дети.

«Кто же они такие?» – подумал ниарайд.

Но сейчас дело не терпело отлагательств, нужно вернуться в город.

8 июня. 14 дней до праздника Нового Света

Кальран проснулся в пять часов утра, с первыми лучами солнца. Первым делом он побрился. Слова отца никак не уходили из головы: «Относись к самому себе ответственно». Он осознавал, что, если бы не связи отца, Кальран бы не занял такую высокую должность за столь короткое время.