Дом железных воронов

Сейчас бы пригодилась подсказка Сиб, но от мысли, что лучшая подруга уже бывала на моем месте, у меня все переворачивается внутри.

Не думать о Сибилле.

Или Данте.

Не думать, и точка.

Я заставляю себя сосредоточиться на ощущениях, на податливости языка Энтони, так не похожего на все остальное его тело. Я запускаю пальцы в его распущенные волосы и прижимаюсь теснее, пока поцелуй не перестает быть сладким.

Сегодня мне не хочется нежностей. Я жду поцелуя, который сведет с ума и разум, и сердце.

Который разгонит грозовые облака и согреет зимними ночами. Такого поцелуя, о которых я читала в маминых книгах.

Энтони отстраняется и произносит мое имя. Я пытаюсь поцеловать его снова, но он отстраняется. Я напрягаюсь в его объятиях. Он все еще возбужден, я предполагаю, что он все еще хочет меня, но, видимо, не хочет больше целоваться.

– Здесь сдают комнаты, – говорю я.

Я не готова к большему, но мой разум заполняют воспоминания о том, как Катриона касается Данте. А потом это делает Берил.

Хотя принц ни одну из них не посадил к себе на колени, не последовал за ними наверх, он позволил им разминать его плечи и шею. Позволяет ли он другим ласкать себя сегодня? Так много женщин желают его. Я думала, что из всех женщин меня он желает больше всего, но вот я – в Раксе, на коленях у другого мужчины, так что, похоже, не так уж сильно Данте меня желает.

– Не нужно… мне не следует… – Энтони убирает прядь волос с моего лица. – Мне достаточно просто целовать тебя, Фэллон.

Я смотрю на таверну, в ее деревянных стенах прорублены такие крошечные окна, что мне кажется, внутри царит тьма даже днем. Наверняка постельное белье меняю недостаточно часто. Возможно, я слишком задираю нос, но я не хочу ложиться с мужчиной в дешевую и грязную постель.

Особенно в первый раз.

– Не здесь. – От моего ответа он замирает, и я понимаю, он ожидал, что я скажу, что свидание окончено.

– Давай позовем остальных и…

Я прижимаю кончики пальцев к его губам.

Я не готова покидать Ракс.

– Пусть другие развлекаются. Ночь только начинается, Энтони.

Я заменяю пальцы губами, чтобы заставить его забыть о возвращении домой, прежде чем я смогу найти Бронвен.

Глава 9

Когда я целую Энтони, у меня кружится голова и болит мочевой пузырь. Последнее – от эля, но что насчет первого? Или мои мысли кружатся от жара, который Энтони вызвал в моих венах?

Какова бы ни была причина, мне нужно облегчиться.