Серафим

– Да, неоперенная Найя?

– Что случилось, когда она умерла?

– Что ты имеешь в виду?

– Что случилось с ее душой? Райан…

– А-ри-он, – поправила ее Мира.

– А-ри-он перенес ее обратно в Элизиум?

– У нефилимов нет душ, Найя, – заявила рыжая всезнайка.

Найя ахнула. Она уставилась на Джунипер, затем снова перевела взгляд на Миру.

– Это правда, Офан?

Я ожидала, что Мира подтвердит предположение девочки. В конце концов именно это она годами вбивала в наши доверчивые умы.

Но вместо этого Офан произнесла:

– Нет.

У них есть души, но зачастую они слишком повреждены, чтобы вознестись.

– На днях воробушек повредил крыло, – сказала Найя, – и ты исцелила его, Офан.

И без того стройное тело Миры, казалось, стало еще тоньше.

– Нельзя сравнивать птичье крыло с душой ангела.

Голос Найи снова повысился:

– А-ри-он хотя бы попытался…

– Хватит! – Крик Миры заставил Найю и большинство воробьев умолкнуть. По крайней мере, ее суровости предшествовало какое-то зерно правды.

Я уже собралась уходить, когда плечи Найи затряслись. Вспомнив все те случаи, когда меня заставляли умолкнуть за то, что я требовала ответов, которые так и не получила, я сказала:

– Найя подняла актуальный вопрос, офан.

Светловолосая малышка завертела головой.

– Селеста! – Не успела я вздохнуть, как она вскочила на ноги и подбежала ко мне.

Когда ее руки обхватили мои бедра, я добавила:

– Раз у нефилимов есть души, возможно, нам стоит попробовать исцелить их, а не бросать.

 – Я положила руку девочке на голову и погладила одну косичку, затем другую. – Ведь люди достойны второго шанса. Почему ангелы нет?

Мира поджала губы.

– Когда повреждения слишком глубоки, их невозможно исцелить.

Найя посмотрела на меня.

– Я знала, что ты вернешься.

Чувство вины заставило мою руку остановиться.

Найя отпустила меня и сложила ладони вместе.

– Можно я пойду поиграю с Селестой? Пожалуйста, офан Мира, пожалуйста.

Мое сердце сжалось от энтузиазма Найи.

Хотя губы Миры все еще оставались сжатыми, выражение ее лица смягчилось.

– Я могу ошибаться, но сомневаюсь, что неоперенная Селеста пришла поиграть.

Найя запрокинула голову, чтобы посмотреть на меня. Я скривилась? Должно быть, да, потому что ее улыбка померкла, и она сделала шаг назад.

Мне не хотелось лгать, и не потому, что я заботилась о сохранении своих перьев.

– Офан Мира права, Найя. Я пришла, чтобы получить доступ к потоку.