Серафим

– Покушение? – Я ухмыльнулась, но потом стерла эту ухмылку, потому что передо мной стоял ненавистный человек, который заслуживал исключительно холодного приема и сердитых взглядов. – Слушай, если у тебя есть скрытое намерение показать мне, что я упущу…

– Нет у меня никаких скрытых намерений.

– Твое сострадание не знает границ, Сераф, но я все же предпочту пройтись. – Так я и сделала, зашагав по серебристым булыжникам.

Мгновение спустя воздух сгустился, и аромат Ашера – ветер, замша, солнечный свет – вновь окутал меня.

Великий Элизиум, архангел упрям, и это говорит особенно упрямая девушка. Если я сделаю вид, что его рядом нет, он уйдет?

Я пробовала этот подход целую минуту, после чего не выдержала:

– Не мог бы ты найти другого неоперенного, чтобы, – я облизала губы, прежде чем слово «раздражать» сумело бы вылететь изо рта, – оказать помощь?

Вместо того чтобы понять намек, Ашер ответил:

– На днях я встретил твою маму.

Мой шаг замедлился. Неужели он пытался снова меня задеть? Почему, черт возьми, он заговорил о моем биологическом родителе?

– У меня нет матери, Сераф.

– Есть.

Я поджала губы.

– Она живет в гильдии…

– Эта женщина была утробой, а не матерью. – Поскольку я не могла оставить все как есть, я спросила: – Зачем ты с ней встречался? Чтобы обсудить мое затруднительное положение?

– Раз ты не хочешь иметь со мной ничего общего, я подумал, что она сможет до тебя достучаться.

Я мрачно усмехнулась.

– Она хоть помнит, что у нее есть дочь?

– Помнит, но вмешиваться не желает.

– Сюрприз. Сюрприз. – Почему я не могу думать о ней равнодушно? – Кстати, о матерях, Сераф, кто мама Найи?

Он изучал стеклянный фасад ресторана на углу, где одинокая официантка протирала столы. Когда мы проходили мимо, ее взгляд упал на Ашера, и полотенце выскользнуло из ее руки, шлепнулось на край стола и упало на пол. Поскольку она не могла видеть его крылья, я предположила, что ее потрясло его телосложение. Если только она не увлекалась косплеем.

В своей коричневой тунике и таких же брюках архангел выглядел так, будто только что сделал передышку в бою со львом. Девушка следила за ним до самого бульвара, высунув язык изо рта. Ашер же совершенно не обращал внимания на свою ангельскую энергию.

Когда мы дошли до бульвара, я повторила свой вопрос:

– Итак? Кто же стал этой счастливицей среди истинных, которую ты оплодотворил, Сераф?

– Мать Найи была человеком.