Мельницы Драконов

Но «Принцессу Укока» сильно разрекламировали, окружили ореолом тайн и загадок и как итог – немедленно закопать обратно. А то, что это важное историческое открытие, все почему-то забывают. И что исследования до сих пор продолжаются. И до сих пор эта мумия может открыть много нового. И с исторической и с археологической точки зрения. Предлагаю закапать Тутанхамона. Начать именно с него. Мужчинам место надо уступать.

Но привело меня сюда вовсе не это. Хотя на месте раскопок, я все же побывала. Доехать до Укока и не посетить курганы с захоронением шаманов как-то не правильно.

И я посетила, прониклась и поехала к своей цели. Груда камней. Я лично не почувствовала ничего сверхъестественного. Но я вообще толстокожая. Давно нарастила себе панцирь с шипами. Без него в моем возрасте и моей профессией не прожить.

Так вот. Привел меня сюда Калгутинский вольфрамовый рудник. Не больше и не меньше. На кой черт кому-то мог понадобиться свежий отчет о нем? Разработки были давно прекращены. За полной нерентабельностью. Затраты сильно превышали прибыль.

Деньги решают все. Это в моем случае. Хотя к руднику тоже относится. Мне заказали отчет? Заплатили деньги за работу? Оплатили расходы? Да нет проблем. Завтра выезжаю.

Только вот кто же знал то, что все так обернется!

Рудник в данный момент полностью заброшен, и помощи мне особо ждать не откуда. А ведь не плохие залежи. Помимо вольфрама, здесь же добывали молибден. Не говоря уже о меди, которая, к сожалению, при пересчете вообще не рентабельна. В породе еще встречается аквамарин и берилл.

Но при таких методах добычи он трескается и приобретает массу дефектов. Камни, так же как и медь, становятся неинтересны, в плане добычи. Деньги. Все можно посчитать и оценить. Добычу драгоценных камней тем более. Что собственно я и должна сделать. Оценить, привести пробы, сделать замеры и рассчитать выгоду.

Рудник был открыт еще до войны, и работали на нем, разумеется, заключенные. Потому как условия были жуткие. Постоянные перепады температур, удаленность и плохая доступность делали выработку практически нереальной.

Но, тем не менее, добыча велась. Проходка штолен увеличивалась. Люди гибли? Да кого это волнует? Вождь сказал. Партия ответила. Незаменимых нет.

В одном из таких рудников погиб мой дед. Умнейший был человек. Профессор. От него осталась старая готовальня, черная, твердая и красивая. Я любила в детстве выдвигать два гвоздика расположенных по бокам, открывать и трогать расположенные на черном бархате инструменты.