Миллер. Спрячься, если сможешь

Ты же этого так хотела, Эмилия.

Вот он день, который изменит твою жизнь, перевернёт вверх дном мировоззрение. И все же, каким бы ни был этот скучный город , я буду скучать по родным гаражам, закоулкам и откровенным разговорам с подругой в беседке возле дома.

Собрав вещи в чемодан, я принимаюсь вызывать такси. Уже скоро я первый раз полечу на самолете. Возможно из-за этого меня и трясет. Нужно прекращать смотреть новости с трагедиями и падениями самолетов. Так и до сердечного приступа недалеко.

– Я позвоню, как прилечу, люблю тебя.

 – говорю провожающей маме и сажусь в такси, едва сдерживая накатывающие слёзы.

Из-за того, что всю ночь я не спала, в такси меня знатно расслабило. Отказавшись от того, чтобы мой малюсенький чемодан убирали в багажник, я старалась придерживать его рукой. Половина вещей, которые я туда сложила, являются старыми и неброскими, лишь пару новых кофточек разбавляли гардероб. Я не удивлюсь, если вся группа станет подшучивать надо мной, а вообще я свыклась, мне легче воспринимать критику.

Под  легкую музыку в салоне я заснула быстро, а проснулась, когда водитель почти терял надежду меня разбудить. Открыв глаза, я увидела его потерянное и испуганное лицо. Таксист с облегчением выдохнул и пожелал мне удачи.

До объявления посадки целый час. Я качу за собой чемодан, подхожу к автомату с кофе и смотрю на цены. Потом перевожу взгляд на карту в руке. Нахмурившись, принимаю решение отказать себе в такой роскоши.

Я не богата – это раздражает.

Время тянулось чертовски медленно, и наконец объявляют посадку.

Откуда у девушек столько сил, чтобы тащить с собой аж два чемодана? Это из разряда: своя ноша не тянет? В одном я рада сейчас своему положению, мне не приходится пыхтеть, утаскивая за собой целую груду одежды.

Только я вступила на борт, как желудок предательски свело, желчь подступила к горлу. Почему так чудовищно громко стучит сердце? Я попросила у стюардессы стакан воды, затем ещё один.

Расслабиться удалось, когда самолёт достиг облаков.

Такой красоты я никогда не видела. Это что-то удивительное и по-настоящему волшебное. Лучики солнца пробивались сквозь облака, разделяя их на две, а то и на три части. Я надела наушники, включив песню Adele – Set Fire to the rain.

Музыка помогала устранить плохие мысли. Успокоившись, я закрыла глаза.

– Девушка, – кто-то агрессивно толкал меня в плечо. – слава Богам. Прошу покинуть борт самолёта. – любезно прогоняла меня стюардесса.

– Да, я сейчас. Одну минуту.