#После Огня

– Чтобы молодняк не садился где ни попадя, чтобы вас пачками не сжирали охотники и прочие хищники, чтобы сохранить для вас романтику полета – выбирай что хочешь… – Томас чуть отодвинулся, но остался сидеть рядом, прислонившись спиной к решетке. – Вестница… Они послали со мной девчонку, не знающую азов выживания в настоящем мире. И она почти достигла цели! Слушай, девочка, ты заговоренная? Может, тебя старуха Фета чему научила? – Он отрывисто засмеялся, но почти сразу умолк.

«Сказать ему, что я, возможно, Говорящая? Рассказать все про сон, колыбельную, спокойствие пустыни? Рассказать о чувстве зова, что влечет вперед, щекочет в горле предчувствием настоящих чудес?»

Но в этом не было уже никакого смысла.

Заключение в клетке давило на Алису, лишало сил, хмельная голова так и норовила упасть на грудь. Крылатая почти уже провалилась в сон, когда голос Томаса нарушил тишину.

– Я дал тебе книжку. В кожаной обложке. С вложенной картой. Ты оставила ее в пустыне?

– Они, – Алиса качнула головой в сторону, куда ушел охранник, хотя Томас этого все равно не видел, – отобрали ее вместе с остальным.

Я старалась сохранить… Честно. Извините.

– Глупости, – резко оборвал ее Вожак, и Алиса поняла, насколько важна была для него эта вещь.

Помолчав немного, она решилась.

– Я видела там надпись… Кто это – А? – Еще пару дней назад она и представить себе не могла, что задаст Вожаку вопрос о чем-то личном, но хмель развязал язык им обоим.

Томас глубоко вдохнул и чуть слышно выдохнул:

– Моя жена.

* * *

Первый год вместе подарил Крылатым полнейшее и нерушимое счастье. Далекие вылазки в пустыню сменялись уютными вечерами у камина. Они занимались любовью на песке, а потом до самого утра хохотали у костра вместе с Братьями.

Анабель мягко правила Томаса, оттачивала, растила в нем мужчину. Одним легким прикосновением ладони к плечу она могла усмирить его гнев, остановить за шаг до драки, за слово до вызова.

Томас чувствовал в своей женщине силу и мудрость, он хотел однажды дорасти до нее, хотел, чтобы Анабель им гордилась. И она гордилась, замечая, как его порывистый, огненный нрав становится мягче, а поступки разумнее.

Когда Томас, усталый и довольный, засыпал рядом с ней, женщина не смыкала глаз, пытаясь налюбоваться его телом и сильными руками молодого мужчины, ставшего для нее надежной опорой.

Всего один год сделал из Крылатого настоящего воина.