Игра с драконом

Под них я надела кожаные тапочки. Они говорили о моем слишком дорогом, по их мнению, чемодане, и постоянно перечисляли фамилии, гадая, с какого все-таки я двора взялась. Назвав меня пигалицей, женщина произнесла еще несколько обидных слов.

Я отодвинула один наушник. Первая дама, заговорившая со мной, сразу начала шикать на подругу и шептать, как я нагло подслушиваю их. В отместку они решили молчать, пока не узна?ют, чья гостья приехала.

Автобус высадил нас на небольшой площади и продолжил движение. Мне казалось, что если я спрошу у женщин дорогу к дому, это будет слишком просто чтобы унять их любопытство.

Но они быстро удалились, потеряв интерес к моей персоне.

Навигатор в телефоне хоть и с перебоями, но показывал нужное место. Первая прописка отца совпадала с названием села и местом рождения. Я двигалась по проложенному маршруту. Улица за улицей с неровной доро?гой не щадили мой чемодан. Когда я миновала все неровности, взору открылось большое поле на краю деревни. Заветная точка дома располагалась на карте, через сто метров.

Неуверенно я направлялась к ней вдоль улицы. Рядом стояло два одиноких дома.

Погода была жаркой. Кроме жары, мучил страх:

«Что если бабушки нет? Вдруг ее давно не стало, или она не захочет видеть и слышать меня, или вообще знать. Как появлюсь перед ней, что скажу?» – стоило заранее подумать над этим вопросом. Назад пути не было.

Навстречу с небольшой самодельной скамеечки двигалась худенькая фигура. Мне становилось страшнее с каждым шагом.

«Что если она идет любопытничать, как и те дамы из автобуса?» – проскальзывал вопрос в мыслях.

Но старушка молча подошла и посмотрела мне в глаза.

«Внученька моя, Ланочка», – сказала она ласково и обняла с трепетом. Всеми фибрами души я чувствовала прикосновения родного человека. В ней была моя плоть и кровь, мое родное сердце. Как же было приятно, что сердце это узнало меня без лишних слов.

Вытирая слезы с щек, мы зашли во двор, минуя высокий зеленый забор. Я чувствовала, что оказалась дома.

Не было и намека на неловкость или страх. Все шло своим чередом и успокаивало возбужденный после долгой дороги разум.

Старушка умудрилась проложить мне дорогу по совершенно пустому двору, показывая, где нет ямок и камушков, чтобы чемодан провезти было легче. С трудом я заволокла его в дом по высокому, скрипучему крыльцу и оставив в углу прихожей, присела на небольшую скамейку у стены в холле.

Запах свежего хлеба разносился по всему дому.