Дети под чужими звездами

Оставалось совсем немного. Впереди, едва различимые, были массивные бронированные двери – зал Отца. Все уже изрядно выдохлись, но темп не сбавляли. Бок ревел тугой болью, пот со лба застилал глаза, сколько бы я их не протирал.

– Боже, ну как так!

Мои спутники взвыли, когда стало ясно, что ворота открыты. У меня в голове не укладывалось, как такое может быть. Больше всего я боялся, что мы обнаружим вскрытый пустой склад, ведь если не будет запасов еды и воды, то бунт далеко не самое страшное. Даже если мы выберемся с корабля, голод убьет слишком многих.

Я вошел первый. В центре просторного круглого зала стоял компьютер Отца, вокруг располагались пыльные столы с черными квадратами сенсорных экранов и голографических стоек. Из узких прямоугольных окон над нами пробивались яркие лучи дневного света. Его ни с чем не спутаешь. В космосе свет звёзд беспощаден и болезнен. Он режет пространство своими лучами, словно острый нож, а этот свет был мягок, как дома, на Земле.

Лишь на несколько мгновений я позволил себе отвлечься на приятную мысль о теплом свете. Ворота хранилища, с другой стороны зала, были распахнуты настежь. Темная вертикальная щель была словно приоткрытый рот ужасного великана, чье мертвенно холодное дыхание обдавало нас, беспомощных колонистов с тающей надеждой на будущее в глазах.

– Это хранилище?.. –  Артём прошел вперед. Я видел, как с каждым шагом он всё замедлялся, опуская плечи и наконец, сгорбившись, оперся на ближайший стол.

– Может что-то ещё осталось, уцелело! –  по голосу Олега было ясно, что он сам в это не верит.

По залу прошел оглушительный треск, сменившийся размеренным гулом. Включилось освещение и компьютер Отца загорелся как рождественская ёлка. Разноцветные огоньки замерцали по его корпусу и, словно ему в такт, замерцали лампы под потолком.

– Вы – не мы! Я – не вы! Замолчи! – громкий мужской синтезированный голос прокатился по залу. –  Слияние не окончено! Как вы можете противиться? Вы нужны мне!

– Что это? –  Виктор вжался в дверь, через которую мы вошли.

Несколько секунд я ждал, что на нас обрушится потолок или пол разойдется и поглотит нас. Позорные мысли для инженера, человека рассудительного и трезво мыслящего, но в тот момент страх задавил собой всё остальное во мне.

Взяв себя в руки, я осознал, что это говорил отец.