Энуэмент

Раздался легкий треск и между ними сверкнула молния. Ренара с силой отшвырнуло на несколько метров. Сделав несколько кульбитов в воздухе, он громко приземлился на маты и остался там лежать. От его тела вверх поднимался легкий дымок, а в воздухе немного пахло озоном.

– Власта! – Раздался злобный рык Ждана.

Девушка хмуро посмотрела на дядю, а потом перевела взгляд на своего противника и непроизвольно вздрогнула. Он успел принять сидячее положение и теперь строго смотрел на нее. Его приятель, Тенар, замер на полпути и стал отступать, а Ждан весь напрягся.

От алва веяло силой, в которой были злость и досада. Эта сила, вырвавшись на свободу, окутывала их, давила, оглушала и пугала. Глаза парня были подернуты черной дымкой, отчего их было практически не видно.

Девушка напротив него замерла, готовая в любой момент отразить его атаки.

Ренар встал на ноги, немного помотал головой и моргнул. Черная дымка исчезла, будто ее и не было. Потом дотронулся до места удара на лице. Недовольно сморщился, когда почесал грудь, куда ударила молния.

– Спасибо за урок, – алв низко поклонился противнице, вызвав у нее удивление. – Спарринг окончен, я проиграл. Вашему сопернику очень сильно не повезло.

– Ты еще на ногах, – возразил тренер.

Ренар повернул голову в его сторону и лишь улыбнулся с легкой грустью. Все-таки проигрывать довольно неприятно, как бы он не хотел показать, что ему это безразлично. Проигрыш он и есть проигрыш.

– Единственно лишь потому, что графиня была ко мне милосердна, – он не удержался и бросил взгляд на девушку, усмехнувшись на правую щеку.

Власта хотела что-то сказать, но увидев злой взгляд своего дяди, остановилась и, гордо вскинув свою пепельноволосую голову, пошла в женскую раздевалку.

Алв решил последовать ее примеру. Быстро переодевшись и забрав все свои вещи, он пошел на выход. Проходя мимо Тенара, который все еще был здесь, спросил:

– Надеюсь, ты смог увидеть достаточно?

– Да, – кивнул тот несколько заторможено ему в ответ.

– Тогда доброй ночи, я домой.

С этими словами Ренар вышел на улицу и постепенно его удаляющийся силуэт растворился в ночной мгле.

По дороге домой, холодный ветер приятно освежал его разгоряченную кожу. Простуды он не боялся. Хоть первой ступени ему не видать, как своих ушей, но уж избавить себя от простуды он мог легко. К тому же этот ветер, что причинял такой дискомфорт по пути в спортзал, сейчас наоборот был ему необходим. Он в прямом смысле слова проветривал ему мозги.