Адская Кошка на Мальве

Мужчины же держались скромно, кланялись каждой даме, которая к ним обращалась, или следовали за своей спутницей, потупив взор, стараясь не привлекать к себе внимания. В одежде предпочитали распашные рубахи на молнии и мешковатые штаны, вроде тех, в которых шастал Вилли. Все в блеклых и невыразительных тонах. Словно мальвийцы хотели подчеркнуть свой низкий статус, сливаясь с окружающим пейзажем.

Глядя на них, Эйлана лучше поняла истоки подчёркнутой вежливости и молчаливой покорности своего старшего раба. По сравнению с встречными мужчинами, Крэг казался развязным повесой и редкостным наглецом.

С подростками все обстояло несколько иначе. Девчонки носились за своими сверстниками с радостными криками, а те удирали во все лопатки, внимательно следя, чтобы подруга не сильно отстала. Иногда они шли рядом и о чем-то легкомысленно болтали, пока не встречали кого-нибудь из взрослых дам. В такой момент парнишка немедленно принимал покорный вид и, соблюдая дистанцию в один шаг, чинно следовал за девушкой до ближайшего поворота.

На площади с фонтаном в виде танцующих девушек, Смитерс наткнулась на знакомую архитектуру. Приземистое здание кислотной расцветки действительно оказалось борделем. Причём тем же самым, куда она ездила с Ханной. В чем Эйлана убедилась, из любопытства переступив порог и кивнув в ответ на поклон рыжего брутала. Услышав традиционное приветствие, она на пару секунд засомневалась в разумности предприятия, но посмотрев на склонившегося в ожидании администратора, решительно подошла к стойке и объявила:

– Покажи свежее поступление.

Рыжий хитро улыбнулся, стрельнул глазами на инопланетницу и отстучал сообщение на коммуникаторе.

– Ты сегодня как-то расхрабрился, приятель. Глазки строишь, заигрываешь. Чай не предлагаешь… – нарочито ласково проговорила майор, без приглашения занимая кресло. Испорченное домашними рабами настроение подстегнуло исконную нелюбовь к неуважительному отношению со стороны противоположенного пола и вылилось в желание проучить нахала.

Брутал сильно побледнел и бухнулся в ноги на манер Вилли, бормоча извинения.

– Чаю принеси, хватит половичок изображать, – усмехнулась Эйлана, мягко пиная рыжего в плечо. Унижающийся здоровяк, как ни странно, повеселил её. Желание «карать» поменялось на «миловать» и остро захотелось пить.