Шпага д'Артаньяна, или Год спустя

Но посмотрим… о чём вы подумали, Ора?

– Король посылает вас в армию? На войну?!

– Почти так.

– Почти?

– Ну да, почти. Он велит мне жениться на вас.

За этой фразой, с большой натяжкой могущей считаться предложением руки и сердца, последовала длительная пауза, в продолжение которой лицо Монтале принимало последовательно все оттенки красного цвета – от нежно-розового до пунцового. Наконец она переспросила:

– Жениться на мне?

– Точно, – кивнул Маликорн. – Жениться. На вас.

Монтале почудилось, что она уловила в словах Маликорна насмешку, и она гордо вскинула голову.

Но в глазах молодого человека светилась такая нежность, что язвительный ответ замер у неё на устах.

– Король сам сказал об этом?

– Он самым категоричным образом приказал это.

– Но почему?

– Говорю же: он любит меня, а также знает, что я…

– Что вы?..

– Люблю вас, Ора, – серьёзно закончил Маликорн.

– Ах!

– Скажите, вы согласны?

– Я… я не знаю.

– Поймите, что я спрашиваю вас скорее из вежливости, потому что это – дело решённое.

Королевская воля священна! – важно заявил Маликорн.

– Да как вы смеете!

– Смею, ибо люблю.

– Я согласна.

– Я так и думал.

– Всё-таки вы чудовище, господин де Маликорн.

– Это неважно. Главное, вы согласны, и это делает меня сразу и счастливейшим из смертных, и вернейшим из верноподданных.

– Но мои родители…

– Неужели вы думаете, что они воспротивятся прямому приказу короля?

– Господин де Маликорн, извольте впредь не называть это приказом!

– Как же прикажете это называть?

– Как-нибудь… иначе.

Например, пожеланием.

– Договорились, госпожа де Маликорн.

– Монтале! Мадемуазель де Монтале!

– Правда, я слишком тороплюсь.

– Будьте сдержаннее.

– И это говорите мне вы, Ора?

– Я тоже буду сдержаннее.

– Вы? – недоверчиво спросил Маликорн.

– С этой минуты – да. Положение обязывает.

– Положение? О чём вы? Какое такое положение?

– Положение будущей супруги самого ужасного, невыносимого, самовлюблённого человека в мире.

– Нечего сказать, завидное положение.

– Да уж, не жалуюсь, – улыбнулась Монтале.

– Итак…

– Что?

– Давайте пройдем в зал рука об руку, моя дорогая малютка-жена.

– Пожалуй…

Влюблённые так и поступили, но их появление, увы, не произвело ровно никакого впечатления, ибо как раз в это время в дверях показался король со свитой. На ходу ответив на улыбки нескольких дам, Людовик XIV прошествовал в кабинет, где должен был состояться приём послов.