Песочный человек

Я же просто кивнула.

– Для обеда, конечно, рановато, но если хотите, загляните ко мне после обедни.

– А что у вас в это время? Полдник?

– Зачем вы мне дерзите, Мария?

– По поводу прогресса… На чем вы остановились?

– Ах, прогресс! – усмехнулся Люк.

– Это логично. А козни дьявола – это сказки.

– Да? – Глаза Люка снова потемнели, лицо его стало серьезным. – Теперь я понимаю, почему мой отец отправил вас сюда, ко мне, Мария… Значит, вы пять лет изучали религию и мифы, и не верите ни в то, ни в другое?

Да уж, – мрачно подумала я.

Яблоко от яблони недалеко падает. Что отец, что сын. Оба пытаются меня в чем-то убедить. Зачем?

– Вы верите, как бог создавал Землю? – с вызовом спросила я.

Люк хохотнул.

– О, Мари, это заявка! Вы зацикливаетесь на поэтических деталях и не обращаете внимания на главное. Не зрите в корень.

Я вздохнула.

– Зачем же тогда эти поэтические отступления?

– Вот именно за этим, – кивнул Люк. – Чтобы некоторые вещи понимали избранные. Нельзя, чтобы все и всё понимали конкретно.

– Почему?

– Чтобы не разрушать мир таким, каков он есть.

– Ничего не понимаю. Значит, я не избранная.

Люк сказал, глядя мне в глаза, что-то на французском. Фраза даже показалась мне знакомой. Либо я ее где-то слышала. Либо просто знаю. Но вот откуда?

– Что? – спросила я.

– Я говорю о том, что мир нужен таким, каков он есть. И чтобы не разбивать его целостность, нужны избранные.

– Бога ради! – воскликнула я. – Совершено ничего не могу понять! И кажется, даже не хочу! Кстати, на французском это звучало гораздо короче.

– Метафора.

– Нет, это все бред!

– Вы сопротивляетесь, Мария.

– Да. Несомненно! Я люблю мир таким, каков он есть, черт возьми, и точка!

– Многоточие.

– Что?

– Не вспоминайте черта.

– Не вспоминают бога всуе.

– Мария!

– Нет, вы скажите, что это значит? Как это прогресс – козни дьявола? – распалилась я.

– Это же элементарно, Мэри. Если бы человек довольствовался заповедями божьими, до сих пор жил бы в Эдемском саду.

Не было бы электричества, газа, не было бы ничего. Люди жили бы в деревянных избах, топили печи, вместо света у них были бы свечи, и это был бы Эдем. Но нет. Человеку захотелось в космос. В глубины океана. Захотелось, чтобы щелчком зажигался свет и загорался газ. Чтобы заиграла мелодия, и ты услышал того, кто сейчас далеко от тебя. Это же исполнение желаний.

Тут в дверь постучали.

– Да, Жюли! – крикнул Люк.

Это действительно была Жюли.