Песочный человек

По крайней мере, я всегда так думала…

Ну, ладно. Спасибо Жюли и Люку за план. Хотя, даже не смотря на этот план, выход из школы я искала мучительно долго.

Я дошла до книжного магазинчика, но не остановилась, а пошла дальше. Туда, где улочки продолжали оставаться такими же узкими. Хотелось прогуляться. И через некоторое время, как в сказке, набрела на церковь. Небольшую, скромную. И самое главное, двери ее были открыты.

Внутри было полутемно, тихо, безлюдно, рядами стояли скамьи. Я замерла посреди прохода между рядами скамеек, который вел к алтарю.

Я, конечно, уже успела побывать и в соборе Парижской Богоматери и в других католических церквях в свой первый приезд в Париж. Но тогда я бывала там с Озоновским во время служб. И для меня это было просто интересным зрелищем. Словно кино посмотрела. А теперь, когда в этой церкви тихо и пусто, и только воск на свечах издает изредка звуки, похожие на щелчки, я вдруг почувствовала себя неуютно. Я постояла так немного и собралась уже уходить, как услышала за своей спиной шаги. И тихие и гулкие одновременно. Я ничуть не испугалась. Это не мог быть ни бог, ни дьявол. Это мог быть только священник, кто же еще. Я повернулась и замерла. О! Еще одно потрясение! Действительно, я здесь для того, чтобы собирать мифы. Я – среди мифов. Среди сказок. И теперь я – сказочная героиня.

Навстречу мне невозмутимо шел Павел в одеянии священника. Тот Павел, мой сосед в самолете… Значит, мне не показалось, что я видела белый воротничок на его черной рубашке.

– Добрый вечер, – сказал Павел, подойдя ко мне близко. Его голос туманом уходил к своду собора. – Вы что-то хотели?

– Зд… здравствуйте, Павел… Ну, или… простите… Вы меня помните?..

– Я вас помню, поэтому и обратился к вам на русском, – улыбнулся Павел. – Как вы здесь оказались? Вы католичка? Или у вас что-то случилось? Или вам нужна помощь?

– Как много вопросов… Отец Павел… Так, да?

– Патрик. Здесь я Патрик.

– О… Ну, да… Павел в России. Патрик в Париже.

Да?

– Да. Совершенно верно, Мария.

Павел едва заметно улыбался и мне вдруг захотелось все ему рассказать. Про Озоновского. Про свои видения. Про Люка. Про то, что он говорил о дьяволе.

– Послушайте, Павел, о, простите, Патрик, можно, я исповедуюсь?

– Вы крещены?

– Я должна быть католичкой?

– Не важно.

– Я вообще не крещена.

Мы помолчали.

– А хотели бы вы креститься? – спросил Павел.

– Наверное, ради эксперимента, – улыбнулась я.