Черный Орден Христианских Карателей. Абсолютное Истребление

Климат окончательно сбился из-за вторжения демонов ада в этот мир и нарушения равновесия в энергетике всего мироздания.

Святоград за эти годы очень сильно разросся: население города увеличивалось. Успешность в производительности пищи, в добыче нужных ресурсов, а также в развитии полезных ремёсел и технологий опережала даже предполагаемые прогнозы. В результате спасения людей из небольших поселений, организованных в глубинах Европы и США, Святоград существенно преобразился. Пополнились и продолжали пополняться ряды крестоносного воинства, рабочих, строителей, учёных, агрономов, врачей, инженеров и других полезных обществу людей.

Недавно спасённое немецкое поселение немного увеличило население города. Перемещение всех людей из бывшей Германии в Святоземье прошло без проблем, через порталы крестоносцев. Как только все жители поселения оказались в Святограде, в честь их спасения был назначен пир и празднество.

Каждому из выживших европейцев было предоставлено жильё, возможности выбора тёплой и лёгкой одежды, а также еда и вода.

А самое главное – все люди получили безопасность и убежище. Жизнь у новых граждан полиса крестоносцев начала налаживаться.

Но вот, уже после празднований и веселья, командир крестоносцев Сергий Александров находился в большом полуподземном помещении недалеко от казарм Христианских Карателей. В этой просторной комнате стояли сорок восемь закрытых гробов, с именными табличками на каждом из них.

Сергий стоял в самом начале комнаты, у входа, смотря взглядом своих серо-голубых глаз на своих погибших рыцарей.

Хоть битва прошла уже три дня назад, Александров всё равно не верил своим глазам: сорок восемь молодых ребят, каждого, из которых он очень хорошо знал лично. Каждого он ценил, как брата, как сына и как солдата. Перед глазами командира крестоносного воинства проплывали в памяти лица каждого убитого крестоносца, лежащего теперь в деревянном гробу в этом холодном помещении. Живые, радостные лица, полные веселья, чувств, любви, искренности, мужественности и доброты.

От всех этих воспоминаний и от груза ответственности за них, сердце Александрова словно начинало колоть иголками. К горлу Сергия ощутимо подходили слёзы, готовые вырваться потоками из его серо-голубых глаз. Взгляд лидера крестоносцев выражал неизлечимую боль, которая отзывалась эхом ужаса по всей его душе. Левой рукой Александров коснулся своего лба и тихо прошептал:

– «Простите. Простите меня, братья, что не уберёг вас.