Стервец

– Авария?

– Автокатастрофа. – апатично ответил Корд.

– Прошу прощения, – извинился Скрипач.

– Сам-то ты как? – Корд убрал руки от лица и повертел указательным пальцем где-то в районе бороды Скрипача.

– Жизнь – жестокая штука, – заметил тот.

– Философ, что ли? – хмыкнул Корд.

– Подобие. – Скрипач поднял указательный палец и печально произнёс: – Бакалавр философии. Окончил университет три года назад, теперь нахожусь в процессе поиска себя.

– Скорей, работы, – вдруг усмехнулся Корд.

Как ни странно, общаясь с этим типом он почувствовал себя лучше.

– Не мешай мирское с духовным!

– Эй, ты философ, а не священник.

Скрипач вздохнул и добродушно улыбнулся.

– Но ты прав, а мне обидно.

– Тогда зачем пошёл по этой специальности?

Скрипач пожал плечами.

– В качестве бунта. На худой конец думал стать университетским преподавателем. А стал уличным музыкантом.

– Попрошаечного типа?

– Это хобби у тебя такое – оскорблять людей правдой?

– Вроде того, – улыбнулся Корд.

 – Впрочем, извини.

– Да я шучу, не волнуйся.

– Но дома у тебя нет?

– Верно мыслишь. Впрочем, место жительства я имею.

– Уже неплохо.

Скрипач нахмурился, но затем вновь по-доброму улыбнулся.

– А где живёшь ты, если не секрет?

Корд назвал ему адрес. Скрипач внезапно смутился и спросил:

– Слушай… У тебя там душ с горячей водой есть?

Корд кивнул.

– Слушай… Можно я им воспользуюсь?

Корд задумался. С одной стороны, разрешать незнакомому мужику, тем более бездомному, пользоваться твоим душем как минимум негигиенично.

С другой – сейчас это волновало Корда меньше всего.

– Да не вопрос.

– Премного благодарствую. – Скрипач встал со ступеньки и даже слегка поклонился.

По пути они зашли в магазин, где Корд купил полкило сарделек и две бутылки пива, от одной из которых Скрипач, впрочем, отказался. Придя домой и раздав указания своему новому знакомому, следователь принялся за готовку, и к моменту, когда в комнате показался отмытый бакалавр философии, на столе стояло две порции холостяцкого обеда – гречки с сардельками.

Скрипач от всего сердца поблагодарил Корда за проявленное радушие, а тот отмахнулся: не из вежливости, мол, он это сделал, а в благодарность – за то, что отвлёк от дурных мыслей.

Уже уходя, в прихожей Скрипач кое-что заметил.

– Слушай, – спросил он, – что за книги у тебя в пакете лежат?

– Прочитанные, – ответил Корд. – Но они мне либо не понравились, либо перечитать желания не возникло.