Архимаг, который живёт в подвале. Том 2

Не стоило позволять клановским брать себе столько власти и независимости. Вот к чему это привело.

Нет, трупы на улицах Корпорацию не волновали. А вот пропажа Серебряного Янтаря…

Нельзя допустить, чтобы товар всплыл где-то. Нельзя допустить, чтобы он попал в чужие руки. Если Зимина настолько слаба, что не может обеспечить своему товару достойной охраны… нужно брать быка за рога. Они вернут себе Янтарь; они пресекут причину его пропажи.

– Агенты уже найдены? – уточнил глава Корпорации у своего зама.

– Да, господин Монтресор, – кивнул тот.

 – Вот, глядите. Опытные агенты по слежке и устранению проблем.

На планшете у Монтресора выскочило несколько досье.

– Двое, Крамеры…

– Родня, что ли? – скучающим тоном уточнил Монтресор.

– Да. Дед и внук. Старший – один из опытнейших наших агентов; это его последнее дело перед выходом на пенсию. Младший – его преемник, крайне перспективный молодой человек…

– Достаточно, – Монтресор махнул рукой. – Устроит.

Он поморщился.

– Хватит этих игр с кланами.

Пусть позаботятся о том, чтобы мы получили не только весь пропавший Серебряный Янтарь, но и контроль над его добычей. Тогда Зимины и прочие аристо перестанут быть нам нужны.

– Разумеется, господин Монтресор, – подтвердил зам.

* * *

После кровавого заката – самая тёмная ночь…

Нет, не то.

Кавадзаки сидел в парке, молча созерцая утреннюю природу. Красиво… так и тянет как-нибудь подвести итог последних дней. Вот только как?

Он отпил чая из бумажного стаканчика.

После кровавого заката… после кровавого заката…

Взгляд азиата коснулся солнца, медленно поднимающегося из-за верхушек деревьев.

– После кровавого заката – не менее кровавый рассвет, – заключит Кавадзаки, допивая чай.

Времена меняются. Вещи меняются.

Взгляд Кавадзаки неотрывно следил за желтым листом, медленно падающим на затёртую брусчатку аллеи.

Интересно, на что они меняются?

Глава 2

…три дня.

Всего лишь три дня длилось их совместное счастье.

Иногда им хотелось застыть в моменте, полностью растворившись в этих семидесяти двух часах чистого блаженства, и не замечать весь остальной мир вокруг.

Но у всех хороших вещей есть свойство резко обрываться.

Случилось непоправимое.

Начальство перевело Пончина и Набутылко из аэропорта обратно в центр города.

– А мы точно не опоздаем в центр, на смену?.. – вопрос, заданный Пончиным, прозвучал скорее в пустоту пространства, чем к напарнику.