Некромант города Москва – III – Война

Шершни жалили, медведи рвали и кромсали, Искатели стреляли и рубили…

– Чего стоишь? – обратился Марктолус к Олегу. – Присоединяйся к ним. Докажи, что ты полезен мне – и всей Общности – не только как источник информации. Потому что информация закончится, и зачем ты тогда будешь нужен?

– Как? – Олег продолжал говорить тихо.

– Что значит «как»?! – Марктолус даже возмутился такому вопросу. – Атакуй их! Докажи в бою, что ты действительно на нашей стороне, а не просто навесил мне лапши на уши!

Олег критически оглядел паука – никаких ушей у того, разумеется, не наблюдалось, видимо, снова «Голос монстра» перевёл попонятнее – и пояснил:

– Нет, не в том смысле.

Как мне атаковать? Я никогда не делал этого… в виде призрака.

– А, вот в чём проблема… – хмыкнул Марктолус. – Ну, здесь несложно. Призрак – это просто комок эмоций. Душа, обросшая этими эмоциями настолько, что не может покинуть наш мир. Этими эмоциями и атакуй. Я слышал твой крик, который ты издал у Фениксов, но этого мало.

Напитай эмоциями собственное тело – и пролети сквозь них; тогда и увидишь, что будет.

Тело? Или то, что сейчас было у Олега вместо него. С эмоциями тоже несложно. Он вспомнил Русю и то, что ей пришлось пережить из-за них; вспомнил, как они допрашивали его самого…

Финальной каплей стали Гвины. Вот когда он вспомнил их – то белое до того тело призрака буквально засветилось алым от ярости. Что теперь? Нанести этим алым светом удар по врагу? В том, что перед ним именно враги, Олег уже не сомневался.

– Не растрать всё заранее! – крикнул ему вслед Марктолус. – Если потратишь слишком много эмоций – второй раз будет сложнее войти в это состояние, ну а через десяток раз вообще не сможешь удержаться на материальном плане.

Олег слышал это уже где-то вдалеке, позади, отстранённо от всего происходящего. Он преодолел за пару секунд триста метров до боя – и влетел в него, как снаряд.

Полупрозрачное, горящее красной яростью тело проходило как через людей, так и через монстров – Олег не слишком следил, где летит.

Он наносил удары сжатыми кулаками, но это было не слишком важно – главное, прикоснуться.

Нельзя сказать, чтобы он произвёл эффект взорвавшейся атомной бомбы, но… Это было достаточно мощно. Кажется, срабатывала его способность «Первый удар», потому что каждое первое прикосновение к врагу было действительно эффективнее прочих.