Черный Орден Христианских Карателей

Вот теперь ты и тут – говорил Сергей, ломая самого себя от могущества падшего ангела.

– Ваши книжки, составленные твоим же Богом, противоречат друг другу сами. Он их переписывал, чтобы обмануть вас – людей. Всех – спокойно уверял дьявол оказавшегося в ловушке Сергея.

– Ты хотел сказать, что это ты переписал их. Руками обманутых и искушённых тобой людей. А не Бог. Но истину из них тебе никогда не выкинуть – говорил про себя Сергей.

Дьявол громко расхохотался. Его смех был каким-то многомерным и омерзительным для самой души Александрова.

И затем, повелитель ада сказал:

– Твой Бог обязывает тебя к насилию над собой: соблюдение постов, стояние на службах, ползание на коленях перед иконами и священниками. Это Он жестокий, а не я. Я избавлю тебя от всего этого. И подарю тебе вечное блаженство.

– Господь никого не обязывает на это. Это лишь испытание воли человека. И оно добровольное само по себе. Не можешь это соблюдать – не соблюдай. Это не грех. А то, как ты запустил свои щупальца в души используемых тобой людей – это уже лично твои заслуги.

И унижения людей – тому пример. Это уже твои делишки, а не Бога. Это твои проделки через одурманивание одних людей и через вскармливание высокомерием других. Это не христианство. Это уже твоё извращение над ним, в умах и сердцах других – уже твоих людей – сказал Александров, уже с какой-то искрой сопротивления воли самого дьявола.

– Я вижу. Любовь. Любовь даёт тебе силы. Самое призрачное и глупое чувство в твоём мире, которое делает людей слабыми.

Которое не даёт вам всем выполнять в полной мере свои желания – издевательски проговаривает дьявол.

– Любовь делает нас сильнее. Какая бы она не была. И твои искушения, порочные желания и обманы для любящих и добрых людей – ни по чём – уверенно как никогда сказал Александров.

– ОТДАЙ МНЕ СВОЮ ДУШУ! – приказывающим тоном заорал монстр, от дыхания которого начали трескаться стены.

– НИКОГДААА! – закричал, что было силы Сергей. И тут же с невероятно сильным криком Александров полетел наверх, через тот же огненный и земляной туннель.

Темнота. Слышны лишь чьи-то разговоры, шаги в разные стороны, шелест бумаг или каких-то документов. Не до конца закрытый кран выливал из себя воду едва уловимым для ушей потоком. Улавливается звук работающего кардиомонитора, в нормальном чётком ритме. Сергей открывает глаза и расплывчато видит белый потолок, с четырьмя длинными лампами на нём. Во рту ощущался вкус пластика.