Я убил Бессмертного. Том 3

Я хмыкнул.

– А я разве спрашивал разрешения? Просил назначить мне время для аудиенции? Если господину Флетчеру так важна репутация, то он поговорит со мной.

Тигран снова промолчал; по его лицу было видно, что он просто не собирается ввязываться в спор. Кто я в его глазах? Непонятный мутный Плутающий, втеревшийся в доверие к сыну миллионера и теперь тусующийся рядом в надежде урвать свой куш.

– Август, – велел я. – Пока мы едем – позвони отцу, предупреди его о моём визите. Думаю, время у него найдётся – как раз то, которое он хотел потратить на воспитательный разговор с тобой.

Август быстро кивнул и достал телефон. Лицо Тиграна перекосило раздражением, но он ничего не сказал – возражать против звонка отцу было бы глупо.

Вульф Флетчер взял трубку на четвёртом гудке. Его слов я не слышал, но вот Август даже в телефонном разговоре с отцом как-то подобрался и вытянулся. Кажется, отец вызывал у него почтение… и немного страха.

– Да, я еду… – похоже, отец не давал сыну вставить и слово.

 – Да, я… скоро доеду, не нужно сейчас… Да, об этом – он едет вместе со мной. Они… оба.

Последовала долгая пауза. Флетчер не орал, говорил спокойно и тихо… но, что бы он там ни говорил, глаза Августа всё расширялись и расширялись.

– Да, но… – наконец, выговорил он. – Ты судишь, даже не разобравшись в ситуации. Для этого мы и едем…

Ох, зря ты сказал это «мы». Медиамагнату, похоже, будет легче допустить гибель сына в Тумане, чем серьёзные репутационные издержки, полученные от того, что он засветился в вирусном видео.

Наконец, ещё через две-три минуты, бросив короткое «Хорошо, папа», Август повесил трубку.

– Отец… примет вас, – сообщил он мне. – Но не жди многого. Он очень упрям, и к тому же…

Я хмыкнул.

– Едва ли он упрямее меня. Человека, убившего бессмертного, не напугаешь богатым снобом с самомнением.

Тигран на этот раз никак не отреагировал; видимо, счёл мои слова про бессмертного какой-то локальной шуткой или чем-то в этом роде.

Впрочем, и высаживать нас сразу по въезду в город, как и обещал, он тоже не стал.

Машина, не сбавляя скорости, понеслась по рассветным полупустым улицам, заворачивая туда, где я уже был вчера – к району, заполненному элитными особняками и пентхаусами.

Как я уже говорил, этот район был основательно застроен; слишком плотно, если учесть, что тут в основном жили миллионеры и звёзды. Но оно и понятно: в 2040 году в Питере было слишком много миллионеров и слишком мало земли.