Я убил Бессмертного. Том 4

Я, скучая, поглядел на своего противника, который явно чувствовал себя как рыба в воде – рисовался, посылая направо и налево воздушные поцелуи, и потрясал оружием, демонстрируя свою непобедимую непобедимость.

То, что нужно.

– …сэ-э-э-эр Мордека-а-а-ай Санша-а-а-айн! – заорал герольд так, что у меня заболели зубы. Как будто кто-то тебя не слышит, дядя! Ты стоишь перед огромной железной трубой, которая разносит твои слова на километр в округе – так зачем же ещё орать, выпучивая глаза?

– Сэр Саншайн посвящает этот подвиг прекрасной леди Мирабелле…

Чёрта с два.

Самому себе он посвящает этот подвиг, и больше его никому не волнует. Леди Мирабелла названа исключительно для проформы, и не удивлюсь, если выбрана чисто наугад.

Мордекай потрясал булавой, навершие которой было размером с маленькую скалу. Нужно будет проигрывать осторожнее – не хотелось бы получить этим монстром по черепу.

Да, проигрывать. Сюрприз!

Возможно, я мог бы одолеть сэра Мордекая.

Возможно. После шести лет в мире Виссариона я приобрёл неплохую физическую форму и отлично обучился бою со всевозможным холодным орудием. Здесь, в глухом средневековье, это – навыки, без которых жизнь твоя будет короткой, грустной и бесправной.

А возможно, рыцарь был сильнее меня, и я не мог его одолеть. Чёрт его знает!..

Может, я рискнул бы проверить, но мне нужна была его победа. Красивая победа!.. А значит, дело именно за ней.

– …и его грозный противник – тот, кто явился на наш турнир никому неизвестным, но быстро победил всех своих соперников, дойдя до финала…

О, это про меня. «Никому неизвестным»? Мне повезло, что в средневековье новости шли так долго. Десятый турнир за год – в разных местах, в разных королевствах, по разным правилам. Просто очень далеко друг от друга – чтобы слухи не успели добраться.

Итог один. Я со славой доходил до финала и проигрывал. Мне были нужны победители – сильнейшие из сильнейших.

И мне нужно было, чтобы их победа была такой, что… дыхание замёрзнет на лету. Красивой, стильной, практически эпохальной!..

И я по мере сил помогал им совершить такую победу.

– …Арту-у-у-у-ур! Го-о-о-отфрид!

Что?! Как он меня назвал? Куда он поставил ударение?!

Чёрт. Может, мне впредь стоит уточнять этот момент, когда представляюсь?

– Ударение на «А», – пробормотал я себе в шлем.