Сказка о кануне

Напоследок он добавил:

– После глумлений надо мной у этого так называемого Бегемота, мы со Скрипачом и Гармонистом, которые, вполне вероятно, являются соучастниками преступления, проследовали в жилище Тигра-барабанщика, но его, равно как и моей сестры, дома не нашли, после чего я решил идти к вам, ваше величество, за советом и защитой.

Все кроме Зайца и Медведя слушали рассказ Цветочника с открытыми ртами, все-таки денек выдавался на редкость интересным.

– Я могу ручаться за моего доброго друга Тигра, – вновь вовремя вмешался Дракон.

 – Я уверен, что он ничего подобного не совершал. По утверждению Грибов, скорее всего, получается, что Тигр и Тигриуска побежали на помощь Сове на опушку Северного леса и все трое исчезли. Думаю, что теперь очевидно – все нити ведут в Лес.

– Да-ааа, наверно, уже все присутствующие об этом догадались, – заключил Дед Мороз,– по-моему, вернее всего будет послать туда пару-тройку добровольцев. У кого есть желание, дорогие жители Елки?

На пару секунд на Посадочной ветке стало тише, чем после удара Посоха, но почти сразу же зазвучал звонкий голос:

– Никогда не бывал на севере Елки.

Надо же посмотреть ее всю, ведь выбираемся-то сюда только раз в год. Но нам с Медведем наверняка поможет господин Цветочник. Ища вместе с нами свою сестру, он точно убедится, что, скорее, это она похитила Тигра, чем он ее.

– Вот и прекрасно, – радостно ответил король Елки, смеясь над последней шуткой Зайца-скрипача, – и помиритесь за одним делом. Собрание можно считать оконченным.

Дракон можешь задержаться: у меня сегодня отличный квас.

Жители Елки стали расходиться по домам. Снег вокруг праздничного дерева сверкал в алых переливах лучей, морозный воздух, сегодня слишком морозный, особо не портил новогоднего настроения, а у многих даже поднимал. Заканчивался отличный солнечный день, близился новый сказочный вечер, предпоследний в уходящем году, а это значило, что впереди еще очень много работы.

Глава 4. Внутри леса

Тигр-барабанщик остановился, натянул свой красный праздничный колпак на уши еще сильнее, так что закрыл им глаза и чуть не порвал его, и сел прямо на кору большущей ветки, по которой шел вот уже около получаса.

Мороз пробирал его до костей, шкура к такому холоду не привыкла. Метель слегка поутихла, но вокруг разобрать хоть что-либо представляло задачу не из легких. Никаких гирлянд не было, значит, не было не только освещения, без которого тигры могут видеть, но и знаков различия между местами.