Изгой. Том 1

Все это давило на психику и вгоняло в полную тоску, к которым вскоре присоединилось понимание, что тот Центр, в котором нас держали, был не самым жутким местом.

Поселение, которое предстало перед нами сразу, как только мы вышли за границу лесополосы было небольшим, окруженным со всех сторон этим странным, словно искусственно высаженным лесом, с несвойственной Японии флорой из огромных многовековых кедров и сосен. Такой вот смешанный сосновый бор, который разбавляется какими-то лиственницами и папоротниками.

Я конечно, не ботаник, но не думаю, что это все лесное разнообразие могло существовать вместе без вмешательства человека.

Вокруг небольшого здания из серого камня, было от силы с десяток еще меньших домиков. А сам островок местной цивилизации был вплотную окружен все той же лесополосой.

Нас привели в небольшой дом из тех, которые окружали здание побольше, а кроме пары гвардейцев, охраняющих вход и словно не обративших на нас внимания, я никого больше поблизости не увидел.

И все та же гнетущая тишина, которую хотелось нарушить либо разговором, либо обычной песней, чтобы элементарно не свихнуться.

Пользуясь тем, что на нас никто в этот момент не обращал внимания, я скосил глаза, чтобы немного осмотреться.

Состоял дом из одной огромной комнаты, которая была выполнена в японском стиле, только вот стол, кресло, на котором сидел начальник этого лагеря строгого режима, и массивный сейф у стены выбивались из общей картины.

Разувшись, как того требовали правила, на низком широком крыльце, состоящим из одной ступени, мы вошли внутрь сразу же, как только дверь отъехала в сторону.

В комнате находился в этот момент лишь один человек, к которому наш сопровождающий и обратился. Хозяин домика тщательно что-то выводил кисточкой на бумаге, хотя перед ним на столе стоял вполне современный ком.

Он даже не подал вида, что заметил тот факт, что в комнате немного прибавилось народу, продолжая свое занятие.

Наконец, Ичесси поднял голову и пристально оглядел нас с ног до головы, затем скривился так, словно ему в рот целый лимон засунули, и раздраженно проговорил.

– Неужели нельзя подержать кандидатов в Центре подольше? Мне теперь только месяц с ними возиться, чтобы откормить. Ничего нельзя поручить Маэда, самовлюбленные скоты, которые думают только о себе, – высказавшись, он довольно легко для своего веса вскочил на ноги и вышел из-за стола, заложив руки за спину.