Снова в школу. Том 2

Или ты думал, что с ее гибелью Савельевы остались без главы, и ты можешь фестивалить в моем доме так, как тебе заблагорассудится? – я прищурившись смотрел на него, не отводя взгляда, отчего Юрчик занервничал и принялся суетливо посматривать по сторонам, словно искал поддержку, которую все никак не находил. – Завтра состоится прощание и после поминального обеда ты собираешь свои манатки и убираешься из моего дома, и мне плевать, куда ты в итоге подашься. Надеюсь, что ты меня понял.

И я развернулся, чтобы направиться уже в кабинет.

Денис Борисович в это время уже встал и теперь помогал подняться Марии Карловне.

– Весело у вас тут, – протянула Эльза, о которой я на мгновение позабыл.

– Привыкай, ты же скоро станешь частью этого веселого дома, – бросил я ей и прошел по коридору в нужную мне сторону. Возле Рогова я притормозил. – Денис Борисович, проследи, чтобы к завтрашнему вечеру Юрий Васильевич покинул дом клана.

В кабинете я с минуту простоял возле стены, потом что есть силы саданул в нее кулаком.

Если бы это был не Юрчик, я бы заподозрил целенаправленный злой умысел.

С ним, правда, тоже ничего не было однозначно, но все, что я о нем знал, просто кричало, что, если у Юрчика и есть злой умысел, то он быстро разбивается о дикие, непредсказуемые последствия реальных вывертов его кармы.

Ладно, с Юрчиком и его делами можно разбираться только в том случае, если он находится далеко от меня. в любом другом случае в дело обязательно вмешается череда случайностей, в которых я увязну и так никогда не докопаюсь до правды.

А своего решения по поводу его изгнания из моего дома я менять не намерен, и очень скоро в лоно клана Громовых вернется не только ходячая катастрофа – Юрчик сын Васильев, но и Гаврила Петрович, потому что терпеть этого наглого заносчивого дармоеда я не собираюсь.

Это мать их терпела, брат родной, как-никак, да племянничек. Вот только я – не моя мать, и Юрчику и дяде Гавриле ничем не обязан, даже родство между нами так себе, я считаю не слишком близкое, чтобы я терпел их выверты, которые они привыкли матери выдавать.

Нет уж ребятки, я вас с вашими истериками и самокатами в холле, еще не понятно на чьи деньги приобретенные, видеть в своем доме не хочу. Благо имею полное право вышвырнуть на улицу.

Оторвавшись от стены, я направился к столу и взял первую попавшуюся папку, открыв которую, попытался вникнуть в то, что там написано.