Роксолана: Королева Востока

И во что ее одевать? На какие средства?

Снова помолчал и продолжил, ибо от своего брата и от своего приятеля игумена ничего никогда не скрывал:

– Сколько же стоит свадьба! Даже плохая щука стоит 2 гроша, карп – еще больше, гарнец вина – 40 грошей, фунт шафрана – 70, голова сахара – 150, а кусок перца – 300! А где байберк, а брокатовые кафтаны, а киндяк, а чинкаторы? Ведь мы с женой должны завтра хоть как-то выглядеть на людях. А у вас, отче игумен, только ряса, вот вы об этом и не беспокоитесь!

– Что-то ты как лавочник заговорил, – заметил брат.

 – Неужели так быстро на тебя подействовала новая родня?

– Извините, – сказал о. Лука. – Но если бы вам жена только и говорила бы целый месяц про то, как ей нужны адамашки и фаландаши, то и у вас бы так на душе накипело, что пришлось перед кем-то высказаться!

– Вот и благодари Бога, что только одну дочь имеешь, да и той лишишься завтра, – сказал брат.

– Как же! Благодарю, – ответил о.

Лука.

– Но чего же ты так рвался спровадить ее замуж за такого жалкого жениха? Чтобы беду накликала, как отец кличет?

На это игумен ответил:

– Ну, не обессудьте, но я вам правду скажу! Не будь у нас семей и тревог из-за свадьбы и приданого, фаландаша, байберка и всей этой мирской суеты, – то и борьбу с латинством мы выдержали бы! А земли наша церковь еще от князей и народа столько получила, что ее нам хватит даже через сотню лет, сколько бы ни отбирали.

Не в том дело! У нас для борьбы с латинством нет оружия, которое у него есть. Как есть, правду говорю, но вы ее видеть не хотите!

Тут игумен обратился к хозяину дома и с сожалением сказал:

– Да ниспошлет Бог счастье чаду твоему на пути его. Но не является ли монашество для нее более богоугодным делом? Ох и пригодилась бы она нашей опальной церкви! Ведь у нее хороший ум. А вы даете ее тому, кто вам противен! Мало у нас монахинь из священнических и панских родов.

А у ляхов даже для магнатов великая честь, если из их рода некая панночка идет в монастырь. Вот чем они нас побивают! И народ их почитает их костел, ибо видит это почтение в верхах. А мы к мирским наслаждениям как мухи к патоке липнем! Вот такая же доля нас в этих наслаждениях и ждет. Горечью оборачивается мирское наслаждение. Трухлявеет наша сила, и народ наш чахнет, а спасения не видно!

Ситуация сложилась очень неловкая.