Танец змей

Они стояли посреди лесной дороги, пламя свечи трепетало от холодного бриза. Этот огонек, что скрывала от ветра костлявая рука, был единственным источником света. Его хватало на пару ярдов, а за пределами этого круга весь мир являл собой кромешную черноту.

– Уже скоро, дитя, – сказала старуха, несомненно чувствуя, как дрожит ребенок. – Стой смирно. И не вырони то, что я тебе дала.

Она перевела свои желтоватые глаза в прожилках сосудов на корзинку, висевшую на руке у девочки. Заскулив от страха, дитя еще крепче прижало к себе ношу.

Внутри звякнули бутылки.

Девочка смотрела вперед и не сводила глаз с густой тьмы, пока не услышала слабый звук. Ее передернуло.

– Это они? – требовательно спросила старуха, и девочка кивнула. Время пришло.

Звук постепенно становился все громче и четче. Топот копыт. Теперь его слышала даже карга, чей слух изрядно испортился с годами. Ее тонкие губы изогнулись в недоброй улыбке, обнажив ряд щербатых коричневых зубов.

Вдалеке появился свет одинокого факела, и, едва они его завидели, улыбка старухи угасла.

Ее лицо приняло самый несчастный вид, и она воздела руки.

– Стой! – хрипло взвыла она – сама скорбь. – Стой! Во имя милости Божьей!

Перед ними остановился высокий крепкий дилижанс, глянцевый и черный, как сама ночь. Мускулистые лошади, чье дыхание в ночном воздухе собиралось в облачка пара, выглядели изнуренными.

Сухопарый краснолицый возница, изо всех сил натянувший поводья, в замешательстве смотрел на каргу.

Он открыл было рот, но не успел произнести ни слова, ибо из экипажа раздался крик мужчины:

– Какого черта?

– Тут леди на дороге, сэр, – ответил возница.

– Что? Дерьмо! Трогай!

– Прошу вас! Во имя милости Божьей! – настаивала карга и, рухнув на колени, воздела трясущиеся руки. Свеча упала на землю, и огонек погас. – Помогите. Со мной дитя!

Стенания старухи разносились по необитаемым лесам, и девочка тряслась всем телом, глаза ее блестели в слабом свете факела экипажа.

Она едва не рыдала от страха.

Губы возницы дрогнули.

– Простите, сэр, – сказал он, – думаю, вам стоит самому взглянуть.

Они услышали кряхтенье и весьма неохотное: «Ну раз уж так надо…»

Возница спустился с козел в тот самый момент, когда внутри дилижанса вспыхнул свет. Дверь открылась, и на землю спрыгнул юноша с небольшой масляной лампой в руке.

Он был невысок, и гладкое пухлое лицо его сообщало, что это аристократ с хорошим достатком.