Танец змей

Я понял, что оказался в том самом салоне, где мы с леди Энн имели нашу самую первую (и прискорбную) беседу. До чего простым теперь казался тот отрезок жизни, когда она всего лишь пыталась вынудить меня жениться на ее внучке.

В комнате было на удивление светло, распахнутые окна выходили на затянутую туманом Квин-стрит. Все стены занимали полки, заставленные гроссбухами и журналами учета, а за большим письменным столом, скрывавшимся под горой записок и документов, восседала печально известная леди Гласс.

Я едва не ахнул. Сухотелая дама, которой было уже за семьдесят, и раньше не являла собою приятное зрелище, но теперь ее щеки впали, а морщины углубились, отчего голубые глаза ее в прожилках сосудов выглядели как стеклянные шарики, помещенные в слишком большие для них глазницы. Она была одета в траур, коса из ломких седых волос огибала один из ее типичных головных уборов: два черных птичьих чучела в окружении перьев, торчащих в стороны, как зубцы короны (что выглядело довольно скромно – в сравнении со шляпами шириною в два фута, в которых она обычно появлялась в городе).

В своем мрачном одеянии она напоминала бледную нежить, и я тотчас вообразил, что полный кларета хрустальный графин рядом с ней – это сосуд со свежей кровью. Губы ее потемнели от напитка – что было неудивительно, несмотря даже на ранний час: «леди Гласс»[5 - Игра слов: glass в переводе с английского в данном случае означает «стакан», «бокал».] ее прозвали не случайно.

Пару секунд она молча сверлила меня пытливым взглядом, затем не спеша наполнила свой бокал.

– Выглядите прескверно, мистер Фрей. Бессонница?

– И вам доброго дня, леди Энн, – сказал я и сел, не дожидаясь приглашения.

Она сделала большой глоток (вероятно, это был ее завтрак), не сводя с меня проницательных осуждающих глаз.

– Как же я рада, что вы отвергли предложение руки моей внучки. До чего позорно было бы породниться с вами.

– Как деликатно с вашей стороны, – вздохнул я.

– Я знаю, что с самого нашего знакомства вы ввязываетесь в скандал за скандалом и что вчера посреди ночи группа загадочных мужчин с сомнительной целью выволокла вас из принадлежащего мне дома.

– Как – откуда вы?..

– Худые вести не лежат на месте, а я всегда в курсе происходящего. – Она показала на трехдневной давности выпуск «Лондон Таймс», который валялся среди ее бумаг.