Демон. Том 2

Пока Зархан без спроса увалился в простецкое, но удобное кресло, Аполлон с деловым видом спросил:

– Воин, могу я задать вопрос?

Чувствовал зеленый себя неловко, ведь нежить сейчас прожигал взглядом молодого зверочеловека, который, как и подобает наследнику великого рода, чувствовал себя как дома.

– Нет, – прохрипел Фозах, – сначала объясни этому глупцу, что не стоит испытывать мое терпение, – его костлявая рука, облаченная в две перчатки, коснулась рукояти ржавого меча.

– Ак-хм! – кашлянул бес, обратив свое внимание на Зархана.

Тот состроил удивленный взгляд и спросил:

– Чего вы так оба смотрите на меня? – и немного съежившись в кресле, добавил: – Я вообще-то невкусный…

– Зархан, – взял слово Аполлон, – Воин говорит, что ты ведешь себя неподобающе гостю, – и указал на ногу зверочеловека, которую тот закинул на подлокотник кресла. – И положи эту штуку, – бросил Аполлон взгляд на неизвестный артефакт в руке Зархана, который тот успел уже ухватить со стола и разглядывал как побрякушку.

– И кто меня окружает… – вздохнул наследник, – с этого руку отпусти, здесь ногу убери, там не спи, это не включай…

Но на него уже не обращали внимания.

– Что ты хотел узнать? – уже более спокойным тоном спросил Фозах, хотя по его прорычавшему голосу было сложно определить, но Аполлон без труда различал интонацию.

– Про высших демонов… С каким оружием они сражаются?

Ванштейн смерил странным взглядом низкорослую тушку беса, стряхнул ладонью горсть пепла в вазу для мусора и, выдвинув ящик стола, достал желтый лист.

– Для начала сделай кое-что для меня, – указал он на стоявший рядом стул.

Аполлон присел за стол и с ожиданием уставился на нежить. Фозах в свою очередь вперился в него задумчивым взглядом.

«Интересно, умеет ли он писать?» – задумался лейтенант о навыках беса. Ведь ему самому проклятые чары не позволяли написать письмо и сообщить родным и Персефоне о произошедшем, о том, чтобы его не искали и не сочли умершим.

Десяток попыток написать хоть слово ни к чему не привели – письма неизменно обращались в пепел, вот же где действительно ужасное заклинание… В пепел обращалась не только бумага, но и дерево, на котором Фозах хотел вырезать слова, и даже металл, на котором он хотел нацарапать.

Абсолютные чары.