Оливковая роща у города Ассос. Необыкновенная история города

Внутри саркофага Клариссы было пусто, а вот другие, кажись имеют уже хозяина.

– О как, стало быть им пользовались часто и тайно, иначе зачем его прятать так усердно? – Проконсул налил вина своему другу и подав золотой кубок глухо проронил. – В момент понимания, что Кларисса была убита – я испытал большое облегчение, но теперь когда на смену эмоциям пришёл здравый рассудок – я испытал шок. Нам же не удалось поймать никого, кто выпустил весь колчан стрел в повозку. Эти люди покорно следовали за нами все эти дни и выполнили приказ, едва мы достигли города.

Какой же я был глупец, что вмешался в это дело! Ведь император приказал уже другим людям убить Клариссу, и надо мне было услышать это и предложить забрать её с собой!

– Император приказал убить свою дочь вместо изгнания? – Изумился Гораций. – Но ты не говорил мне об этом!

– Не хотел впутывать тебя в это, – Отмахнулся консул.

– Сумасшедший мальчишка! Разве не только в это мы давно уже впутаны с тобой?

– А что могло бы измениться? Император поженил нас, а теперь вина за гибель дочери ляжет на мои плечи.

– Но мы ведь оба понимаем кем приходиться тебе император, разве ты что-то новое узнал об своём родном дяде? – Гораций хмыкнул и протянул кубок для вина проконсулу снова.

– Сколько раз я смотрел в глаза опасности, сколько раз мимо меня пролетал кинжал и стрела. – Проконсул подал новую порцию вина и просто поднял голову в небо, усыпанное яркими звёздами……..

– Гораций, только посмотри, как прекрасен этот мир.

Он так спокоен и безмятежен. Он притягивает своей красотой и так недосягаем для нас. Он так недоступен нам, как и спокойствие в этой жизни. Мы не можем просто уйти в никуда и жить как простые ничем не примечательные люди, выращивая на крошечном клочке земли что-то, чтобы прожить.

– Ты рождён, чтобы сиять, мой мальчик. Ты не можешь быть ниже, чем быть со временем восходящей звездой на небосклоне Римской империи и это хорошо понимает император.

Непозволительно для нас быть слабыми, как и склонить нас на колени. – Парировал друг.

– Я устал, Гораций. Очень устал от борьбы, от преследований, от невозможности спокойно спать по ночам. Этой ночью я не могу чувствовать себя сильным и непоколебимым. Завтра взойдёт солнце опять и я возрожусь опять и стану самим собой, но сейчас я всего лишь немощен, как и моё тело….. – Неожиданно он замолчал, а вскоре Гораций услышал, ровное дыхание Корнелиуса.