Куратор

– Конечно, сэр.

Он двинулся по залу, петляя между письменными столами и зонами отдыха. Идя следом, Ди не отрывала взгляда от задников его мягких туфель и боролась с желанием наступать только на вышитые золотые треугольники. Никто не бросил на нее даже случайного взгляда.

– А теперь взгляни на это, дорогуша, только хорошенько взгляни и скажи, для чего служат эти вещи.

Они остановились перед маленькой эстрадой, торчавшей между двумя массивными стеллажами, как вытянутый язык. На эстраде стоял столик и внушительная прямоугольная коробка с красным бархатным нутром и красной дверью – целый шкаф.

Дверцу шкафа покрывал узор из таких же серебристых треугольников, как на входной двери особняка Общества, только мельче. На столике лежали черная шляпа-цилиндр, черная палочка вроде дирижерской, разложенная веером колода карт и серебряное яйцо.

– Ну-с?

Джентльмен в золотом жилете смотрел на нее с юмором, комично прищурив один глаз и вытаращив другой. Он держался на удивление приветливо, и Ди решилась на откровенность, а не просто ответила, будто она не знает.

– Это для сюжетных игр, да? Чтобы унести все это в шкаф, надеть цилиндр, снова выйти с остальными вещами и рассказать какую-нибудь сказку?

Ди почти не сомневалась, что странный набор на столе для этого и предназначен. Дома она использовала свой гардероб как грим-уборную во время сказочных представлений, которые устраивала для няньки.

– Почти угадала, – восхитился веселый джентльмен. – Что за умница девочка! – Он фыркнул и потерся носом о плечо.

 – Перед тобой эстрада иллюзиониста, а это – инструменты одного фокусника, ценного члена нашего уважаемого клуба. Не знаю, что тебе известно об искусстве иллюзиониста, но это как рассказывать сказки. Скорее, это и есть рассказывать сказки. Иллюзионист излагает невероятную историю и приводит тебе доказательства, что это правда. Ушлый такой бизнес, вроде воровства, только иллюзионист крадет веру. А человек, который показывал фокусы на этих подмостках, был самым замечательным преступником, какого ты только можешь себе представить.

Национальный музей рабочего

Вход в массивное здание с фундаментом из грубых каменных блоков на углу Лигейт и Малого Наследия не украшали сады или декоративные кустарники – для них тут не было места: внушительная серая громада начиналась прямо на тротуаре. Стены взлетали ввысь прямо и широко, препоясанные пятью зелеными ремнями шелушащихся крашеных оконных жалюзи, по числу этажей.