Танец с чашами. Исход Благодати

Кеан привязал Гора к коновязи, взбежал по ступеням, схватился за дверные ручки и почувствовал движение за спиной. Рука тут же метнулась к булаве, а взгляд – за спину, на две вытянутые серые фигуры, с ног до головы замотанные в какое-то сомнительного вида тряпье. Даже лица были скрыты плотной тканью, в прорезях для глаз горели две желтые искорки. У Кеана волосы встали дыбом, когда их взгляды пересеклись.

– Протектор Кеан Иллиола, – выдавил он сквозь пересохшие губы. – К главе Гильдии Убийц.

Фигуры бесшумно отступили.

От них веяло угрозой, и Кеану показалось, что они не дышали. Двери с тихим шорохом отворились, и протектор оказался в просторном темном фойе, подсвеченным несколькими скупыми огоньками в альковах.

– Осторожней, господин, не споткнитесь, – прошелестело совсем рядом. – Могу ли я взять ваше оружие?

Рядом с Кеаном замер навытяжку серокожий парень, глаза и волосы которого отливали золотом. Непроницаемое лицо, а рука застыла в жесте просьбы. Кеан слегка забеспокоился, но спустя мгновение со вздохом водрузил палицу в руки парнишки.

Тот легко, словно щепку, подхватил железное древко и приглашающе махнул:

– Ступайте за мной, господин протектор. У Гильдмастера как раз освободилась минута, чтобы поговорить с вами.

Он провел протектора вверх по винтовой лестнице. Вежливый, но небрежный тон парнишки выдавал плохо скрываемое превосходство, и Кеан проглотил вопросы о том, как Гильдмастер узнал о его приходе. Протектор слышал множество невероятных историй о вакшами, их скорости, силе и живучести, превосходящей любые человеческие возможности.

Говорили, что они владели какой-то магией. Враки, скорей всего, но эти слухи подогревали мрачный интерес вокруг Некрополя не одно поколение.

С этими мыслями Кеан дошел до очередных дверей, и провожающий, изящно поклонившись, указал на дверь. Кеан зашел в просторный кабинет, какой же темный, как и вся башня. За столом в центре комнаты, окруженный утонувшими во мраке альковами сидел мужчина—вакшами. На щеках аккуратная золотая щетина, длинные волосы, два огонька в глазах и, что удивительно, все его лицо было испещрено золотыми узорами, словно вышивка на пепельной парче.

Гильдмастер улыбнулся, обнажив острые клыки:

– Добрый вечер. Прошу прощения, что встречаю вас сидя, но если я встану, что-нибудь обязательно упадет, – он небрежно указал на башенки из свитков. – Присядете?

Кеан мог поклясться, что этого кресла по правую руку от него не было всего мгновение назад.